Талли хотела подчиниться, но чья-то рука удержала ее за локоть. Она сердито повернулась, взглянула в чье-то широкое, покрасневшее от гнева лицо и в последний момент все же вспомнила о том, что изображает запуганную младшую сестру изнеженного горожанина. Мужчина, разъяренно смотревший попеременно то на нее, то на Веллера, сберег свои зубы.
— Что это такое? — горячился он. — Мы стоим здесь несколько часов! Что же вы, подонки, лезете вперед?
— Спроси моего брата, господин, — растерянно ответила Талли. — У него бумажка. Я ничего об этом не знаю.
Мужчина засопел, отпустил ее руку, но все же толкнул ее, отчего она упала прямо в объятия Веллера.
— Мы еще посмотрим! — взревел он. — Здесь очередь или…
Он замолчал на середине фразы, побледнел и выпученными глазами уставился на острие меча, которое Веллер приставил к его носу.
— Если ты ищешь неприятностей, парень, — с улыбкой сказал Веллер, — то ты их получишь. Или ты поднимаешь руку только на беззащитных женщин?
Парень икнул пару раз. Но, видимо, он был не так труслив, как полагал Веллер, потому что, хотя он и отпрянул на шаг назад, тут же снова гневно поднял кулаки.
— Вы не пройдете! — заявил он. — Мы все уже несколько часов ждем носильщика! Вы должны стать в очередь, как и все!
Веллер не стал отвечать, потому что в этот момент вернулся начальник, ладонью отвел его меч и угрожающе стал между ним и мужчиной, который толкнул Талли.
— Что здесь происходит? — спросил он. — Я не потерплю здесь ссор.
— Почему ты пропускаешь их вне очереди? — не унимался шельфхаймец. — Мы все ждем здесь вечность, а потом…
— А потом приходит кто-то от имени Янди, — перебил его начальник. — Что я должен делать, парень? Прогнать его и потерять лицензию?
Он раздосадованно сплюнул, но у Талли было ощущение, что этот жест больше предназначался ей и Веллеру, чем мужчине.
— У тебя есть выбор, — продолжал начальник. — Ты можешь еще немного повозмущаться и довести дело до того, что эти двое вернутся со стражей и прикроют мою лавочку. Тогда тебе придется идти пешком: так тебе будет лучше?
Мужчина больше не возражал. Но его гнев не пропал — и не только он с неприкрытой ненавистью смотрел на Веллера и Талли. Куда бы Талли ни посмотрела, она видела покрасневшие от гнева лица. Кое-кто даже грозил кулаками. Раздавались проклятия. Некоторые из них были адресованы Веллеру и Талли, другие —
— Пошли, — вполголоса сказал Веллер. — Нам лучше исчезнуть, пока этот болван не сделал чего-то такого, о чем после пожалеет.
Они приблизились к носильщику. У Талли снова стали заплетаться ноги, и ее инстинктивный страх перед покрытым панцирем чудищем снова стал почти непреодолимым. Неожиданно она обрадовалась, что с ними не было Хрхона. Она была уверена, что случилось бы несчастье, если бы вага увидел эту тварь.
По знаку начальника рогоглав подогнул обе передние пары лап и раскрыл панцирь на спине. Талли увидела, что нежные крылья под ним обрезаны, так что он больше не мог летать. Хитиновый панцирь имел очень странную форму: в первый момент она подумала, что он тоже чем-то изуродован, но потом поняла, что он превращен в своего рода естественное седло, но не путем вмешательства с помощью ножей или других инструментов, а путем тщательной селекции. Появление такого рогоглава было результатом целенаправленной мутации, и не только в одном направлении, как Талли узнала чуть позже.
— Вам куда надо? — недовольно спросил начальник.
— К порту, — ответил Веллер. — К маленькому шлюзу. Северный берег.
Пока Талли неуверенно взбиралась на полураскрытый спинной панцирь носильщика, начальник стал водить кончиками пальцев по голове рогоглава. При этом его руки двигались как у музыканта, который играет на чувствительном инструменте. Он то проводил быстрые волнистые линии, то быстро касался черного хитина кончиками пальцев, в завершение он прижал ладонь к треугольной морде насекомого-чудовища.
— Что он делает? — спросила Талли вполголоса.
Веллер испуганно вскинул руку, призывая ее молчать, однако нагнулся к ней и ответил:
— Он говорит ему, куда он должен нас отнести. Когда он закончит, ничто не сможет сбить носильщика с правильного курса. А теперь тихо. Ты задаешь слишком много глупых вопросов.
Начальник между тем закончил инструктаж и немного отступил назад. Мгновение носильщик оставался в полной неподвижности, нагнувшись вперед. Потом он выпрямился, поднял голову и еще шире развел надкрылья, пока они не расположились под прямым углом к телу. Затем он определил равновесное положение обоих своих пассажиров. Талли и Веллер теперь сидели наискось друг от друга позади снабженной шипами головы рогоглава, надежно удерживаемые в естественных углублениях его панциря-седла, в то время как их ноги свободно болтались в воздухе.
Талли почувствовала себя нехорошо. Кроме того, ей показалось смешным сидеть на спине гигантского жука, напоминая корзину, полную фруктов, расположенную на спине вьючного осла.
