- И не делай такое лицо, - наставительно вклинился Ёжик, - как будто Кипарис не рассказывал тебе, почему его вызывали во дворец!
- С предателями не разговариваю! - надулась я. - И вообще, напомни мне попозже, когда я соизволю пересмотреть свои поспешные решения, чтобы поведала тебе кое-что из истории. Я понятно подмигнула обоими глазами?.. А, кстати, где папаня, почему не льёт горькие слёзы над бесчувственным телом дочери?
- Увидел, что ты очнулась, и сбежал! - нахально заявил Ёжик. Я скорчила ответную физиономию.
- Вообще-то, эсс а-Лилли накладывал на тебя лечебные заклинания, а потом просидел всю ночь у постели, - примирительно произнесла Маргаритка. И несколько смущенно закончила: - А потом убедился, что твоей жизни не угрожает опасность, и отправился навестить одну... девушку... мм, которая лежит неподалёку...
Ага-ааа, приехали. Эрмосу тоже привезли в городской лазарет... И папаня на крыльях седины, которая в голову, полетел проверять, как там устроилась эта прекрасноликая фея... Наверное, выражение моего лица так сильно изменилось, что они разом - и превласта, и лучший друг - напряглись, готовые в любой момент одна - прыгать в ближайшее окно, второй - приковывать меня к кровати... Но я решила их разочаровать. Просто повернулась на другой бок, предоставив её пресветлию любоваться моей спиной, и глухо буркнула:
- Спасибо, что навестили. Больше не навещайте, - и затихла.
Ёжик не заставил долго себя упрашивать, на что я, в тайне сказать, и надеялась. Маргаритка, которой воспитание не позволяло просто так покинуть больную, ещё потопталась рядом, но была уведена чуть ли не насильно лучшим другом... Эх, и откуда ты только такой взялся, понятливый?!
* * *
Судя по интенсивности душераздирающего крика, испустившую его эссу, по меньшей мере, разбудил морской страж Пришедших Богов, ласково дохнув ей в лицо солёным прибрежным воздухом и произнёсший голосом любящей матери "детка, утро пришло, пора вставать". Мысли, так уютно устроившиеся у меня в голове на вечерних посиделках, посыпались в разные стороны. Мне даже показалось, что я услышала, как они стучат по полу мелкой дробью.
- Ну, что там ещё? - проворчала моя соседка слева - бойкая торговка с чисто человеческой хваткой, попавшая в городской лазарет после непродолжительной потасовки с государственным казначеем. Милая женщина не стала долго церемониться с "забулдыгой горемычным", вообразившим себе, что имеет право предъявлять претензии к качеству её весов с подпиленными гирьками, и просто-напросто надела ему вышеупомянутый инвентарь на голову. Бессознательная жертва здорового сопротивления установлению порядка до сих пор не приходила в себя где-то на мужской половине лазарета. Торговка же, жестоко проученная потерявшей было бдительность стражей, возвратилась к бренной жизни уже через несколько часов и довольно быстро шла на поправку, используя редкие мгновения затишья для отдыха.
Чему активно сопротивлялась ещё одна моя соседка - кокетка среднего возраста, бывшая некогда горничной у богатой горожанки, после смерти коей слегла с "недомоганием". Её надежды на достойный уход так и не оправдались: стоны любимицы хозяйки не нашли в сердцах её домочадцев должного отклика, наоборот, с фейрой не стали церемониться, выделяя отдельную комнату под лазарет, а отправили в лазарет реальный, правда, столичный. Здесь индивидуального подхода предусмотрено не было, бывшую горничную поместили в общую палату, где врачеватели подыгрывали несчастной, закрывая глаза на слишком "явные" симптомы непонятной болезни, которая проявлялась при каждом осмотре. Со свойственной её народу практичностью фейра чисто подсознательно поняла ошибку и пока предпочла пожить пусть и в менее комфортных, зато в более спокойных условиях. Потому что если ей и удастся вернуться обратно в дом отбывшей хозяйки, вряд ли молодая эсса пожелает держать при себе великовозрастную горничную.
- Там... там... там... - мямлила фейра, картинно держась одной рукой за грудь, а второй указывая на окно.
- Да что же это за наказание на мою голову?! - зарычала торговка, бойко вскакивая с постели и тут же морщась от боли, пронзившей сразу несколько точек на теле. - Ты что, каждое моё слово повторять собралась, размазня? Дальше было "ещё"! О-о-ох, грехи мои тяжкие...
- Что вы имеете в виду под своими гнусными подозрениями?! - мигом позабыв об испуге, взвизгнула фейра. - Вы хотите сказать, что я... глупая? - закончила она свистящим шёпотом. Торговка, поборовшись какое-то время с болью, плюхнулась обратно на койку и выразительно хмыкнула. - Но там приведение!
- Чего?..
- Сидите, я сейчас посмотрю, - подхватилась я с места. Не знаю, что подразумевала горничная под словом "приведение", но лично передо мной встала картина из минувшей ночи: мы вдвоём с Жасмином, а вокруг нас смыкают плотный круг десятки белёсых теней, по эту сторону черты некогда имевших телесную оболочку.