В принципе аттестация, по сути, и сублимации своей являлась ничем иным как спектаклем и чистой воды цирком для одного зрителя. Вручаемый перечень вопросов имел построение в виде некой анкеты. То есть представлял из себя один вопрос и три варианта ответа к нему. Правильный из них помечался двоеточием на конце. Естественно об этом знал весь аттестуемый персонал складского терминала, включая проверявшую ответы женщину. Не знал лишь Виталий Владимирович Коровянский, поскольку на него и рассчитывался фарс подтасованного представления. Сами вопросы сутью своей сводились к знанию распорядка работы склада, правил хранения товара и правильности общения с клиентом. Они часто дублировались и в общем количестве доходили до ста семидесяти.
Пока Алексей, усердно изображая сосредоточенную бурную умственную деятельность на лице, черкал на бумаге, Ренат отдал свои результаты на проверку. Пользуясь этим, Виталий Владимирович, питавший любовь унижать и смешивать людей с экскрементами спросил:
– Ренат, а ты знаешь, что такое барак?
– Ну, это такое строение….. – Попытался было сформулировать мужчина, однако Коровянский грубо оборвал его.
– Барак это в лесу для зеков! – Завил он кратко, опираясь на какую-то немыслимую логику, командным голосом, хлопнув ладонью по столу.
Мужчина не медля приготовился к выслушиванию солидной порции придирок, издевок и ругательств которыми так славился Коровянский. Ибо как было известно начальник управления складами очень сильно недолюбливал, даже ненавидел Рената, за то что тот по опрометчивости около года назад посмел сказать ему «Здрасте». Взъерепенившийся тогда Виталий Владимирович вопил, что с ним поздоровались как с собакой и был готов уволить несчастного, посмевшего столь дерзнуть. Спасла мужчину тогда от неминуемого увольнения, его национальная принадлежность. Ввиду существующего негласного распоряжения со стороны высшего руководства, запрещающего трогать гастарбайтеров. Как дешевая рабочая сила они очень нравились Мирославу Максимовичу. Вследствие чего гастарбайтеров не увольняли за отлынивание от работы, не штрафовали за ошибки, не наказывали за проступки и вели себя с ними, по мере возможности обходительнее, чем с согражданами. Исключительно благодаря такой политике гастарбайтеры, имея большинство из общего числа низшего персонала на основном более крупном складе компании, держали предприимчивого предпринимателя холодной рукой за влажные яйца. Грозя тем, что в случае чего они могли запросто встать уйти в один день всем своим аулом, все сразу, все до единого, они понемногу все более нагло начинали диктовать и навязывать собственные условия труда. Как результат припертое ими руководство было вынужденно мириться с их некоторой недобросовестностью и периодически повышать им заработную плату….. Получалось что Мирослав Максимович сам загнал себя в угол, вот только ему как бывшему креативщику поднявшемуся из менеджеров-логистов не хватало мозгов для осознания этого…..
