– Вы не смеете! – Виола огляделась, ища пути к бегству. Увы, насколько девушка могла судить, их не было. – Ваш друг перепутал. Я – Ванесса фон Ами!
– Вы – женщина, вступившая в мужскую игру, – отрезал ле Бриенн. – Вместо того чтобы сидеть дома, вышивать крестиком и делать что вам велят. Очень глупое решение. И прекратите сжимать в руке заколку для волос, это смехотворно.
Виола опустила быстрый взгляд на свой кулак, упрямо поджала губы. Расставаться с единственным острым предметом, оказавшимся в пределах досягаемости, она не желала.
Ле Бриенн подошел к ней почти вплотную, схватил за руку и с силой сдавил кисть. Заколка с жалобным звоном упала на пол. Но советник не отпускал. Заведя руку девушке за спину, сдавил еще сильнее. Виола, не выдержав, вскрикнула от боли: казалось, ле Бриенн сломал ей палец.
– Нас ждет весьма увлекательный разговор, – пообещал он, на этот раз схватив ее за волосы.
– Нас с вами тоже, – раздался подчеркнуто спокойный мужской голос со стороны двери.
Не стоило лгать самому себе: Дайон боялся. До самого последнего момента, даже ввязавшись в опасную авантюру с посещением замка, он надеялся избежать встречи лицом к лицу с самым жутким призраком из своего прошлого. Но он не остановился, не замедлил шага, а, услышав женский крик, не колеблясь пробил дверь огненным шаром.
Ле Бриенн развернулся к нему, отшвырнул Виолу на пол и выпрямился, широко расставив ноги.
– А вот и второй шпион, – процедил он, окинув Дайона жестким взглядом с головы до ног. – Напрасно вы сюда пришли. Могли бы и сбежать, пока не поздно.
– Не имею такой привычки.
– Похвально, но глупо. В некоторых обстоятельствах бегство спасает жизнь.
– Учту. Странно, что вы не посоветовали мне этого при наших прошлых встречах.
– Мы знакомы? – удивился ле Бриенн.
– Не узнаете?
Советник нахмурился.
– Есть что-то узнаваемое. Но смутно.
– Времена сейчас такие,
Удивительно, но страх прошел, уступив место чувству отвращения. Сейчас ле Бриенн выглядел не так, как десять лет назад, сколь бы парадоксально это ни звучало. Он не был ни призраком, ни мучителем, ни образом из кошмаров. Просто человеком с паршивой душонкой, вообразившим себя вершителем судеб. Он даже ростом, казалось, стал ниже, чем прежде. Дайон никак не мог понять почему. То ли герцог вырос с тех пор, то ли, стоя с противником лицом к лицу, воспринимал его иначе, чем сидя на стуле со связанными за спиной руками.
– Приступим к беседе? – полюбопытствовал он. Извлекать меч из ножен не пришлось: он сделал это, прежде чем войти в комнату. – У меня, знаете ли, масса дел.
– Приступим, – не стал возражать ле Бриенн.
Они медленно закружили по помещению, присматриваясь друг к другу, выжидая, кто нанесет первый удар. Наконец Дайон сделал выпад. Клинки встретились, приветственно зазвенев. Затем еще раз и еще. Настоящее сражение пока не началось, противники просто изучали друг друга, вычисляя сильные и слабые стороны.
У Дайона имелись серьезные опасения касательно исхода поединка. Он понимал, что перед ним серьезный противник, но знал и другое: лучше погибнуть вот так, сражаясь, чем отступить и до конца жизни чувствовать себя рабом этого человека. За свободу можно отдать многое. Даже если это – свобода от призраков. К тому же у него были причины надеяться на хороший исход…
Еще один удар и еще. При интенсивной атаке у ле Бриенна слегка страдала концентрация. Да и физически он хоть ненамного, но уступал герцогу. Мифы прошлого развеялись окончательно.
– Похоже, вы не привыкли иметь дело со взрослыми мужчинами, – бросил Дайон во время короткого перерыва, видя, как тяжело дышит противник. – Предпочитаете женщин и детей?
– Кто вы такой, чтобы позволять себе подобные высказывания?
– Имя, которым меня называют, мало о чем вам скажет, – усмехнулся герцог. – Считайте, что я – возмездие, завещанное временем.
Он снова перешел в наступление. Движения стали быстрыми. Виола, едва оправившаяся от удара головой, полученного, когда ле Бриенн швырнул ее на пол, следила за ходом поединка с немалым трудом. Вот Йонатан заставил противника отступить. Вот он вынужден отступить сам под неожиданно жестким напором. Ле Бриенну удалось выбить из его руки меч, и девушка невольно вскрикнула от испуга, но ее защитник быстро подхватил оружие и принял оборонительную позицию. Настал его черед перейти в наступление. Один удар, другой, третий, ложный маневр – и меч вонзился в плоть ле Бриенна немного ниже шеи.
Советник замер, не падая лишь оттого, что со спины его поддерживала стена, а сбоку – высокое бюро. Схватился за гардину, оставляя на ткани красные разводы. Попытался что-то сказать, но изо рта лишь выплеснулась темная кровь.
– Кто ты такой? – прохрипел он с трудом.
Дайон приблизился, не выпуская из руки меч.
– Все еще не узнаешь?
Несмотря на боль и ускользающую жизнь глаза советника расширились в удивлении.
– Не может быть, – пробормотал он.
– Может, – заверил Дайон, прежде чем пронзить грудь противника насквозь, окончательно прерывая его мучения.
