«Теперь отношения наши стали более нейтральными, не такими взрывными. Ты не забываешь о днях рождения маленьких внучат, проявляя даже чрезвычайную финансовую щедрость. Ты стараешься услужить, чем-то помогая нам, в саду или еще как-то, присылая нам фрукты, овощи или цветы из твоего сада, готовя для нас конфитюры. Иногда я отгоняю мысль, что этим ты искупаешь прошлое. Увидев, как ты украдкой смахиваешь слезы на твоем последнем дне рождения, как будто не чувствуешь себя достойной принимать подарок от твоих детей, я догадываюсь, как тебе это трудно. Тогда я мечтаю об истинном примирении, о великих минутах нежности, соучастия, о любви, взаимной любви с Мамой, ставшей предупредительной и внимательной. Часто мне случается надеяться, будто ты ждешь, когда я протяну тебе руку. Мы не в силах изменить прошлого, того, что уже произошло, тут ничего невозможно вернуть. Зато, если мы решимся, мы можем вместе улучшить настоящее. Сейчас, Мама, самое время нам вновь обрести друг друга. У меня никогда не будет другой Мамы, и это всегда будешь Ты! Я храню эту надежду, не умея принять мысль о том, что ты могла бы не любить меня. У тебя тоже есть некоторые ответы, которые могут позволить мне лучше понимать, а тебе – суметь выразить себя, освободиться. Если бы ты могла просто понять мои страдания и признать за собою часть ответственности, которая есть, чтобы мы наконец обе глубже включились в этот процесс и охотнее смирились с прошлым…»

Примирение нужно не для того, чтобы перестать страдать из-за вашего детства, – оно необходимо для обретения близости с вашими родителями. Без правдивости нет любви. Недосказанности разлагают отношения. Перестанем бояться наших родителей. Они такие же люди, как все. Они имеют право на выражение нашего почтения, нашего уважения. Осмелимся и на конфронтацию, не допустим никакого насилия, дистанцирования или безразличия. Любить своих родителей можно. Зачем же довольствоваться отношениями поверхностными, если можно – как чаще всего и бывает – иметь отношения задушевные и близкие?

Отказ от ответственности наших родителей за свои поступки обесценивает их. Это значит очернять их способность любить, их желание эмпатии к своему ребенку. В абсолютном большинстве случаев, я верю в это, они хотят самого лучшего для своих детей. Большинство родителей способны признавать свои ошибки, проявить эмпатию к своему ребенку и желают исправления отношений – с того момента, как поняли пережитое им и все, через что ему пришлось пройти.

Есть год до встречи и год после встречи. Для некоторых эта разница – как от земли до небес, другие же просто отмечают улучшение отношений, говоря о нежности, близости, интимной задушевности. Мне постоянно приходится слышать фразы типа: «Раньше я просто избегала любой возможности встретиться с родителями, мне было так неприятно с ними. А теперь я с удовольствием хожу к ним на семейные праздники!» Удовлетворение выражают и родители: «Я была очень осторожна с дочерью. Я боялась ее реакций. А теперь, когда мы с ней поговорили, чувствую себя с нею намного непринужденнее».

Перейти на страницу:

Все книги серии Психология для родителей от мировых психологов

Похожие книги