Поверь. Я люблю тебя полностью

Вспомни, сколько раз ты бил маму у нас на глазах, я совсем обезумела от страха, пыталась помешать тебе, колотила кулачками тебе по спине, ты сразу отшвыривал меня, тебе важнее было дать выход своей ярости на жену, чем снизойти к страданиям, которые чувствовала я. Вот еще за что я ненавижу тебя.

Лиза»

Увы, мертвые не могут ответить… Хотя – как знать?

Родители Каролины умерли. Она в отчаянии: «Я так и не поняла, любила ли меня мать». Кто сказал, что покойные родители не могут найти способ вам ответить? Я возражаю: «А если ты спросишь их сама? Если вопрос тебя внутренне беспокоит, может произойти нечто. Присматривайся к знакам, оглядывайся вокруг, прислушивайся к снам…»

На следующем занятии она рассказывает мне, что случилось после этого:

«Как-то вечером я вдруг поняла, что мне срочно надо выйти и подышать воздухом. Я прошу мужа позаниматься детьми, выхожу и иду прямо по дороге, по которой до этого никогда не ходила. Спрашиваю сама себя, с чего это вдруг я выбрала этот маршрут. И тут на обочине дороги вижу каркас машины „4L“. И это настоящее потрясение. Типичные автомобили 60–70-х годов[33], в 2001-м они, скорее, большая редкость. Даже в нашей деревне. И мать моя несколько лет назад разбилась именно в машине „4L“. Подхожу, а там, на шоссе, в метре от машины, вижу плюшевое сердечко. Красное такое, а на нем вышиты слова: „Я тебя люблю“.

По какому совпадению этот сувенирчик был найден именно там? Никто не может знать. Важно то, что Каролина получила послание – от всей души.

Теперь послушаем свидетельство Мари-Клод:

«В то утро я ехала в метро на занятия и читала книжку о том, как ухаживать за умирающими. Я читала как раз ту главу, где автор рассказывает о диалоге, возобновившемся у родителей с сыном. Я была растрогана. Подступили слезы, ведь мне бы тоже так хотелось бы, чтобы кто-нибудь помог мне установить связь с папой.

Я была бы так рада, если б мы поняли друг дуга, если бы получился диалог, если б папа принял меня такой, какая я есть. Придя на занятия к Изабель, я ничего не сказала, было предложено сделать упражнение. Надо было выразить эмоцию или потребность фразой, начинающейся с „я“. Я думаю о папе и о том, как я сердилась на него. Это очень сильное чувство, оно захлестывает меня, я больше не в силах сдерживать себя. Вспоминаю, как он дулся, а мне было страшно. Мы разделились на группы по трое, для обсуждения. Изабель подходит к моей группе, улавливает мое состояние и предлагает рассказать о нем. Я не могу. Эмоция все сильнее, и я плачу. Не могу сдержаться. Чувствую движение в животе и мне становится лучше. Теперь я могу говорить. Изабель советует написать письмо, чтобы высказать все это моему отцу, – мой гнев, мои фрустрации, мои потребности. А потом сжечь это письмо, думая о нем. Я могу запросить у него контакта, какого-нибудь проявления. Вот отрывок из моего письма: „Когда ты больше не говоришь и не смотришь на меня, я снова чувствую страх. Я чувствую себя виноватой, съеживаюсь, потому что ощущаю свое бессилие сделать так, как тебе бы понравилось, я не чувствую себя на высоте и испытываю гнев, потому что мне необходимо, чтобы ты занимался мною, чтобы мы вместе что-нибудь делали, чтобы ты рассказывал мне обо всем, что происходит в твоей душе. Я прошу тебя снова испытать эту связь, основанную на любви, так чтобы я была самой собою без препятствий и чувствовала себя свободной“.