Свадьба предвещала хороший веселый вечерок, но, увы…
К тому времени наша сноха Катерина, уже успевшая родить двоих детей, и ожидавшая появления третьего, из-за своего стервозного характера, пытаясь выместить непонятную злобу, зная буйный и дурной характер мужа, устроила ему скандальную сценку. Ей, конечно, тоже хотелось от души повеселиться вместе со всеми, но мешали дети. Согласно, ее мнения, с ними должна была сидеть «бабка», то есть наша мама. Но мама устыдила ее, поставив на «место»:
– Своих детей я сама поднимала, мало того, что вы живете вместе с нами, мы с дедом кормим вас на свою пенсию, а вы смеете еще норов свой показывать!
Гости были навеселе, когда изрядно подвыпивший и обозленный средний братец, в самый разгар вечера неожиданно устроил дебош. Он подошел к отцу, и махом сбил его с ног, выбив передние зубы.
Большинство из гостей были людьми военными, но участия в данной сцене никто не хотел принимать, все просто молча наблюдали за происходящим. Отец от безысходности забежал в предбанник, слезы обиды текли по его несчастному лицу. Я бросилась на его защиту, преградив собой проход в дверях. Отец тихо стонал: «За что же ты, сынок!?»…
Я и не ожидала, что Амантай, совсем законченная мразь и подонок. Он неожиданно, вновь, рывком бешенного пса, умудрился из под моей руки пнуть в лицо стоявшего за мной отца. Ему показались малыми «выступления», поэтому решил показать всем, какой он супер «герой».
Катерина и с места не сдвинулась, чтоб хоть как-то предотвратить гнусные действия мужа.
А старший брат Нуртай, вдруг решил заступиться за престарелого старика, завязалась драка. По двору катался «клубок», яростно дерущейся и изрядно подвыпившей тройки, в том числе и меня. Гости молча смотрели. Огорченная сестра, со слезами убежала в дом, осознавая, что ее свадьбу с умыслом расстроили брат со снохой. На том веселье и закончилось. Я, оказавшись меж двумя братьями, и пытавшаяся их разнять, вела себя не наилучшим образом, маты и ужасная брань летели с моих уст во все стороны, новая кофточка разорвана, босоножки имели жалкий вид. Всех нас кое-как разнял подбежавший, новоиспеченный зять Василий.
А на следующий день мне было очень стыдно вспоминать произошедшее накануне. Но оглядываясь назад, я думала и немного успокаивала себя тем, что я, не будучи мужчиной, хоть как-то, но пыталась остановить сумасбродство, и не им, здоровым мужикам, стоявшим в бездействии, осуждать меня!
Удивляюсь, как после того случая, семейка братца продолжала оставаться жить под крышей стариков, оставаясь на их же иждивении, ни сколько не чувствуя угрызения совести?! Впрочем, совести-то у них никогда и не было, недостаток воспитания и разума, невежество, вот то единственное, чем они и подходили друг к другу.
А родители продолжали им помогать, так как любили и жалели внуков, но обида так и осталась.
У меня появилось отвращение и ненависть к брату и его семье.
…Утром следующего дня, вновь пришедшие гости, решили продолжить не состоявшуюся вечером свадьбу, но все было как-то грустно и невесело.
Вот тогда-то старший брат, уже не живший со своей очередной женой, предложил молодым перебраться жить в его квартиру, заявив, что «Катька с Амантаем вам не дадут житья…».
Барак находился неподалеку от нашего дома, так, что мы с сестрой вручную стали переносить ее вещи, пока Василий находился на службе. Мама успокоилась, радуясь, что у молодых все идет ладно и дружно. Так, на этой ноте мы расстались, и я вновь уехала в Приморье.
Вернувшись обратно на судно, застала свое рабочее место уже занятым, возвратившейся из отпуска Светланой, наши отношения были немного натянутыми, терпеть ее иногда невыносимый характер было не в моих силах, мы чувствовали, что скоро расстанемся навсегда, и от этого в жизни я, ничуть не потеряю и не огорчусь…
Меня временно поставили вахтенным матросом у трапа. Днями я с удовольствием отсыпалась после ночного дежурства.
Одним из вечерков, гуляя вблизи порта, я случайно зашла в магазинчик, где неожиданно встретилась с Шуриком, знакомым с т/х В.Мордвинов. Как-то екнуло в груди, да и он, было видно, растерялся в присутствии своих товарищей. Мы мельком перекинулись парой фраз, и я, почти мгновенно исчезла, о чем после немного жалела, вспоминая огонь его глаз. Но, все проходит…
В один из будней я отдыхала в каюте после очередной ночной смены. В тот день на судне была запланирована учебная пожарная тревога. Во время рейса у нас не раз проводились подобные занятия, мы надевали спасательные жилеты, спускались в шлюпках на воду, все казалось просто игрой.
В этот раз услышав рев пожарной серены и не предав этому особого значения я продолжала спать, не осознавая, что учения по стечению обстоятельств на самом деле обратились в настоящую катастрофу. На судне полыхал пожар, горела нижняя палуба. Трагедия началась именно с каюты Серова Олега, где на тот момент находилась его подруга.
