В определенное время он, нарядно одевшись, искал меня по судну, и нашел на камбузе, беззаботно увлекшуюся какой-то выпечкой. Приятель удивленно возмутился тем, что я еще не собрана. Тогда он считал меня своей девушкой, ну а я со своей стороны не осознавала его своим парнем, поэтому необычный тон друга, казался для меня удивительным, заставляя призадуматься в очередной раз, что ты кому-то всерьез нужна. Отказавшись идти, ссылаясь на всякие глупости, я осталась на судне, а Сергей ушел с испорченным настроением. Он мне потом объяснял, что очень хотел хвастануть перед своими родственниками, самоутвердиться…
В последний наш вечер на т/х Л. Михеенко мой друг вместе с ребятами устроил небольшую отходную, вина было много, скопилось тропическое довольствие, большей частью и мое. Сергей, практически человек не пьющий и не курящий, несколько отдающий внимание спорту, в этот вечер решил как-то расслабиться. В пьяном состоянии я его видела за шесть месяцев всего два раза. Он был смешной, но не буйный, просто провалился в сон. Ребятам ничего не оставалось делать, как втихушку от начальства завести его ко мне, заменив на вахте. Серега спал, я думала о предстоящей перемене в жизни, верила в него, и наверно любила.
Ну, а у меня на пути жизнь, еще полная азарта, испытаний, тревог и проблем…
Наутро следующего дня Сергей очень нервничал, ему надоело ждать меня, не терпелось поскорее покинуть теплоход, что-то гнало его, будто какая-то усталость.
Я долго не могла дождаться возвращения капитана на судно. А мой сердечный друг, буквально лишь чуток не дождавшись его прихода, взяв свои вещи, ушел. Встретившись по дороге с капитаном, на заданный вопрос: «почему без Гульжан?», ничего не ответил, и за мной обратно не вернулся.
Уже заметно штормило, на душе было не спокойно. Объявили штормовое предупреждение, судно отошло на рейд, а мне пришлось еще на ночь остаться на корабле. Но стихию не предугадаешь, на несколько дней стало невозможным попасть на берег. Курировавшие на рейде катера не могли близко подойти к судам, оставалось только пережидать.
Сергей каждое утро бегал в пароходство, узнавать о причине задержки наших ребят и меня, так и не приехавших вовремя во Владивосток.
Наконец стихия поутихла, я перегруженная чемоданом и вещами сошла на берег, не взяв с собой подарок Сергея – неваляшку, так как не хватило рук, а игрушка бы попросту сломалась в пути. Оставив ее своей соседке и напарнице Галине, чувствовала, словно оставляю там частицу нашей любви. Сергей впоследствии, конечно же, обиженно огорчится.
Поезд отходил с вокзала Находки поздним вечером. Я к тому времени уже бросившая практически курить, находясь в стрессовом состоянии, чувствуя себя покинутой, купив по дороге пачку сигарет, закурила, решив, что с Сергеем все кончено. Думала, что по приезду в Пароходство оформлю отпуск, и сразу же поеду отдыхать домой.
Наутро следующего дня поезд прибыл во Владивосток. Сдав вещи в камеру хранения, я налегке подалась в отдел кадров. Там было много знакомых ребят, все спрашивали о причине нашей задержки на судне. Сидя на стуле, среди огромной толпы моряков, мне предстояло ждать своей очереди. Сходив в туалет, от тоски скурила еще одну сигарету. Вернувшись и только присев, чуть не охнула от неожиданности, когда рядом подсев и обняв меня, появился очень веселый, скучающий и переживающий за меня, мой Сергей. Я не на шутку заволновалась по поводу находящейся в сумке злосчастной пачки сигарет. Быстро соскочив, якобы по нужде, поскорее избавилась там от своего «компромата», который очень кстати пригодился к зашедшим туда девицам.
После оформления необходимых документов, мы с Сергеем, сев на такси, поехали на вокзал за моими вещами, после чего сразу же отправились, по вдруг возникшему моему желанию, в специализированный магазин для работников морфлота, куда вход был разрешен строго по удостоверениям. Я сказала, что пока есть чеки, надо купить ковер, так как они в то время были в большом дефиците. Новую жизнь надо было с чего-то начинать. Выбрав самый большой и красивый бельгийский ковер, попросив продавца его упаковать, стала отсчитывать чеки. Сергей, немного подумав, выдал следующую фразу:
– Ладно, давай напополам. И, как бы с иронией прокомментировал: «Если будем расходиться, поделим его напополам».
Он добавил мне ровно половину суммы стоимости товара, а у меня вновь появился неприятный осадок, по поводу его не очень красивой мысли. Из магазина мы направились к такси. На пути, встретившиеся нам прохожие, улыбаясь, сказали, что мы будем счастливы.
На пороге квартиры тетки Сергея, нас встретила его доброжелательная и очень обходительная, замечательной души, бабуля. Она называла меня Жанной или Жанночкой.
