– Вот только тело у меня не совсем такое, как у Доминика, – сокрушенно говорит Майк. – Я бы скорее отпугнул их, чем привлек предложения руки и сердца.
Я встревоженно делаю глоток.
– Я за него волнуюсь, – признаюсь я Майку. – У него здесь совсем нет друзей. Думаю, ему было бы неплохо пообщаться с мужским населением. – Я встречаюсь с Майком взглядом. – Ты согласен?
– Что ты хочешь, чтобы я сделал?
– Не знаю. А что делают парни?
– Я могу взять его на футбольный матч.
– Он бы с радостью пошел. Но еще я беспокоюсь, что он болтается здесь целый день и ему нечего делать. Он гордый человек, Майк. Ему нужна цель. Разрешение на работу мы сможем попросить только через шесть месяцев. Боюсь, что к тому времени он сойдет с ума, если не найдет себе занятия.
Отведя взгляд, Майк спрашивает:
– Думаешь, он останется здесь насовсем?
– Я не могу даже подумать, что он может уехать домой. В нем вся моя жизнь, Майк.
Мой друг, мой сосед, моя устойчивая скала вздыхает.
– Давай я буду с ним рядом, – предлагает он. – Мы можем делать вместе что-нибудь «мужское». – Майк надувает грудь, притворяясь Тарзаном, чтобы поддразнить меня.
– Я была бы очень признательна.
– Извини, но твои коллеги вчера вечером, кажется, были довольно грубыми.
– Так и есть. Но что я могу сказать? Они молоды и поглощены собой. Их поколение ни о ком не думает, кроме себя. Им даже не пришло в голову, что Доминику нужны друзья. Это все моя ошибка. Я должна была предусмотреть это, но очень хотела представить его в наилучшем свете.
– Это понятно. – Майк накрывает мою руку своей. – Он замечательный парень, Дженни. Я говорю это совершенно искренне.
– Я знаю.
Мы слышим, как Доминик поворачивает ключ в замке – это еще одна вещь, к которой ему трудно привыкнуть.
– Сюда, – кричу я, и через несколько секунд он появляется на кухне.
–
У него под мышкой «Санди таймс». Кажется, он очень доволен своим маленьким достижением. Надеюсь, он начинает чувствовать себя своим в деревне.
– Миссис Эпплби сказала мне, что это лучшая газета. – Он кладет ее на стол.
– Прекрасно, – говорю я.
– А еще я принес подарки от миссис Дастон.
В руках у Доминика плетеная корзина, закрытая красно-белой салфеткой. Я заглядываю внутрь.
– Домашняя выпечка?
– О, да.
В корзине хлеб с хрустящей корочкой, еще теплый, и полдюжины сдобных булочек. С ее стороны очень любезно подумать о том, чтобы вознаградить Доминика за его время и доброту.
– О. Выглядит аппетитно.
От одного запаха мне снова хочется есть.
– Почему бы мне не остаться и не приготовить нам всем обед? – предлагает Майк. – Мы с Домиником могли бы вместе приготовить его для тебя.
– Хорошая мысль.
– Что скажешь, Доминик?
Мой возлюбленный выглядит не очень уверенно.
– Дженни может посидеть и спокойно почитать газету, пока мы с тобой что-нибудь соорудим. Что есть в холодильнике?
– Я собиралась сделать спагетти по-болонски.
У меня в доме, как правило, сложных блюд не готовят. Все мои навыки домашней богини были использованы вчера, чтобы приготовить ужин. Теперь я полгода буду приходить в себя.
– Я в игре. – Майк ободряюще смотрит на Доминика.
Мой воин масаи в знак согласия пожимает плечами, но я ощущаю его нежелание. Однако я уверена, что Майк все уладит.
– Пойду, наброшу на себя что-нибудь, – говорю я так радостно, как только могу, и оставляю этих двух заниматься делом.
– Когда-нибудь ел спагетти по-болонски, дружище?
Доминик отрицательно качает головой.
– Нет. Я видел, как повар готовит их в кемпинге
Кажется, мы с Домиником были там так давно, что я невольно вздыхаю. Оба поворачиваются ко мне.
– Простите, – говорю я. – Просто задумалась. – И опять принимаюсь за газету, возвращаясь к печальным и мрачным событиям, описанным на ее страницах.
– Будем придерживаться классического рецепта Майка Пэрри, если ты не против.
Пока я одеваюсь наверху, Майк опустошает холодильник и ставит его содержимое на стол. Пакет фарша, упаковка бекона, немного грибов, лука и красного перца.
Доминик улыбается в знак согласия.
– А зелень растет в саду, – говорит Майк, взяв ножницы. Он ведет Доминика к двери, потом в сад. – Выбор в это время года небогатый, но нет ничего лучше свежей зелени. Я и сам немного выращиваю.
У меня зелень растет в старом каменном корыте, которое стоит вдоль задней стены дома, в том месте, где летом больше всего солнца. Мужчины оставили дверь открытой, и мне надо бы встать и закрыть ее, но слишком велико искушение послушать, о чем они говорят. А еще я стараюсь не смотреть в их сторону, но это у меня не получается.
Майк протягивает кухонные ножницы, и Доминик смотрит на них, будто загипнотизированный.
– Это тимьян. Может быть, ты знаешь некоторые из них. Это розмарин.
Я вижу, что Доминик сильно наклоняется к Майку, и поэтому должна напрягаться, чтобы услышать, что он говорит.
