Потом я лежу в его объятиях и чувствую себя на небесах, вправду на небесах. Что бы остальные ни говорили об этом мужчине, я точно знаю, что его любовь стойкая, непоколебимая, что он никогда не сделает ничего, чтобы ранить меня, и что мне никогда даже на секунду не придется сомневаться в нем.
– Я люблю тебя, – бормочу я куда-то мимо его ушей. – Я очень люблю тебя.
Доминик убирает волосы с моего лица.
– Я тоже тебя люблю, – говорит он. – Что бы ни случилось, я тебя люблю.
Это последнее, что я слышу, погружаясь в глубокий счастливый сон.
Радио будит меня песней «Тот, кто верит в мечту», которую поют Манкис[73] в своем веселом стиле шестидесятых годов. Я протягиваю руку к Доминику, но нахожу на кровати только пустое место. Заставляю себя открыть глаза – его нет. Мы заснули, должно быть, часа в три или около того, и я чувствую себя смертельно уставшей. Я потягиваюсь, лежа на спине.
Стоит мне лишь подумать о ночных любовных ласках, как все мое тело начинает дрожать. Я все еще чувствую Доминика внутри себя, чувствую его тело, прижатое к моему, и хочу, чтобы он повторил все это снова. Я точно знаю, что никогда в жизни не чувствовала себя такой удовлетворенной, такой любимой женщиной, и мнение чужих людей меня нисколько не волнует. Если
Песня заканчивается, и я заставляю себя сесть. Сегодня утром я не буду нежиться в постели. В девять часов, минута в минуту, я должна стричь и укладывать феном волосы моей первой клиентки, а затем у меня расписан весь день – ни одной свободной минуты, даже на обед нет времени.
Надеюсь, что Доминик делает свой обход деревни, проверяя, все ли в порядке у пожилых дам. При этой мысли не могу удержаться от улыбки.
Но тут замечаю Арчи – он лежит, свернувшись клубочком, в ногах кровати, и мгновенно просыпаюсь. Кот здесь, а Доминика нет, – значит, случилось что-то ужасное. У меня проваливается сердце, и я инстинктивно, без тени сомнения, понимаю – Доминик ушел.
Вскочив с кровати, натягиваю халат. Кот неохотно шевелится.
– Где он? – спрашиваю я своего кошачьего друга. – Ты знаешь, куда он пошел?
Но Арчи так же ошеломлен отсутствием нашего мужчины, как и я.
Лечу вниз и просто на всякий случай проверяю все комнаты.
Но я уже поняла. Сердцем поняла, что его здесь нет. В кухне нет его
И в этот момент рядом с кошельком, вынутым из моей сумочки, я замечаю записку. В ней всего три слова: «
О, Боже! Я хватаюсь за стол, чтобы не осесть на пол.
Выбегая в переулок, начинаю звать:
– Доминик! Доминик!
Я мечусь по деревне, как угорелая, но его нигде не видно. Сколько времени прошло с той минуты, как он ушел? Куда он пошел? Я ничего не знаю. Мой возлюбленный уходил от меня, а я спала, блаженствовала в грезах и ничего не услышала. Когда я добегаю до почтового отделения, там человек шесть забирают свои утренние газеты, и я спрашиваю их:
– Никто не видел Доминика?
Все качают головами.
– Нет, – говорит из-за прилавка миссис Эпплби. – Все хорошо, Дженни?
– Нет, – отвечаю я. – Вовсе нет.
– Чем-нибудь могу помочь, милочка? – Она хмурится.
– Доминика нигде нет. Если вы его увидите, отправьте домой, пожалуйста.
Я бегу обратно и снова кричу и кричу его имя, но, где бы ни был Доминик, из Нэшли он давно ушел. Что делать? Что мне теперь делать? Как найти его? Как уговорить вернуться?
Я уже задыхаюсь от бега и вижу, как из своего дома выходит Майк, чтобы отправиться на работу.
– Майк! – кричу я.
Увидев меня, он в шоке делает шаг назад.
– Что ты делаешь в одном халате при такой погоде, Дженни? У тебя все в порядке?
Подбегая к нему, я качаю головой.
– Доминик, – говорю я и в изнеможении падаю на Майка. Только теперь из моих глаз начинают литься слезы. – Он ушел.
Майк удерживает меня, отодвигает на некоторое расстояние и внимательно смотрит мне в глаза.
– Доминик ушел? Куда?
– Не знаю, – признаюсь я. – Понятия не имею. Как можно дальше от меня. Это все, что мне известно.
– Вы поссорились? – спрашивает сосед.
– Все гораздо хуже.
Он терпеливо ждет моих объяснений.
– Вчера вечером мы ходили в снежную зону. Группой. С работы. Там было чудесно. Доминик был великолепен. Видел бы ты его! – Я вздыхаю от расстройства. – А потом я разговаривала в раздевалке с Ниной и сказала ей, что мы с Домиником решили пожениться…
Теперь мой сосед выглядит ошеломленным и отпускает меня. Я еле держусь на ногах.
– Так вы женитесь? – По его лицу видно, как ему больно. – И вы мне не сказали?
