Повесть грядущих лет полностью

Обман системы распознавания лиц – это продвинутая мера противодействия. Сообщалось также о первичных мерах противодействия, то есть об использовании некоторых интерференционных картинок. Если поднести такую картинку к груди, искусственный интеллект не сможет распознать лицо. На первый взгляд, это потрясающе – нам очевидно, что человек есть и просто держит в руках странную картинку, а вот ответ, который даст искусственный интеллект, будет совсем другим. Это означает, что ИИ воспринимает мир совершенно не так, как люди. Мир в глазах искусственного интеллекта – это вообще другой мир. Однако люди склонны трактовать выводы ИИ на основании собственного опыта, что приводит к недоразумениям.

С увеличением числа приложений для распознавания лиц подобные ошибки будут случаться все чаще и чаще. Если эта технология попадет в руки злоумышленников, распознавание лиц превратится для них в своеобразный «пропуск». Мы, наверное, можем считать таких людей хакерами эпохи распознавания лиц.

Хакеров отличает крутость, загадочность, владение высочайшими технологиями, они всемогущи, но совершенно невидимы. Проще говоря, они все умеют быть «без лица», и добро и зло в них определяется только совестью.

Сюй Хайфэн уселся за стол и нажал на кнопку.

Медленно поднялся огромный экран и окружил, совсем как в панорамном кинотеатре. На нем непрерывно мелькали данные.

Стоило взмахнуть рукой, и экран повернулся в такт жесту. Когда перед глазами возникла схема передвижения финансов, Сюй Хайфэн поднял ладонь, словно велел остановиться.

Экран так и сделал.

Перед взором Сюй Хайфэна развернулась двухметровая карта мира. Яркие линии словно очерчивали баллистические траектории: поднимались со всех концов карты, тянулись в разные стороны на разную дальность и, наконец, падали на землю и исчезали. В Северной Америке их было настолько много, что они почти сливались в светящееся полотно, а вот в Восточной Азии царило спокойствие, только время от времени появлялось несколько ярких линий – в Северной Америке наступил полдень, в то время как большая часть Восточной Азии оставалась погруженной в глубокую, непроглядную ночь.

Линии различались по толщине, самые тонкие, вероятно, обозначали суммы всего в несколько сотен юаней, в то время как толстые и яркие соответствовали сотням миллионов.

Невооруженный глаз не мог угнаться за сотнями транзакций в секунду, оставалось лишь наблюдать за тем, как похожие на метеоры суммы расчерчивают шлейфами экран. Несмотря на то что карта глобального слежения за динамикой транзакций походила на прекрасное произведение электронного искусства, долго рассматривать ее было скучно, если не утомительно.

Но Сюй Хайфэн совсем не чувствовал усталости.

Он пристально вглядывался в казавшуюся почти пустой и необъятной Восточную Азию.

Он ждал красной линии.

Красная линия означала, что транзакция отклонена. В море данных о переводах сомнительные сделки распознавала система автоматического мониторинга, и если после анализа она признавала действия незаконными, транзакция отклонялась напрямую, а Управление по финансовым преступлениям немедленно получало предупреждение.

Именно этого предупреждения Сюй Хайфэн и ждал.

Было два отклонения за пятнадцать минут, но оба в Северной Америке – красные линии промелькнули, как молнии. А в Восточной Азии по-прежнему царила темнота.

То, что должно было случиться, так и не случилось.

Сюй Хайфэн нахмурился. Может, этот человек в целях безопасности отказался от сделки?