Место, где я работал только одним своим названием внушало каждому моему знакомому страх и ненависть. И это вполне справедливо. Кто по вашему захочет быть вовлеченным в столь трудоемкую и низкооплачиваемую работу. Почему же я там работаю? Попросту не найдя себя нигде я решил – это отличное место, чтобы как-то влиться в трудовую стезю, не имея при этом ни образования, ни каких-то сверх навыков. И завод принял меня, не обращая внимания на все мои недостатки. Наше производство было огромно. Постоянные заказы на различные марки требовали от подчиненных быстрого выполнения свои обязательств. Это похоже на усмирение аппетитов вечно голодного существа. А существо это было огромных размеров. Распластав свое несуразно-большое тело по земле оно начинает поглощать своих рабов, которые в бессознательном состоянии хотят заработать за денег, идут к нему прямо в пасть. Все тело нашего зверя, живет благодаря нашим жертвам. Оно вдыхает и выдыхает, впускает и выпускает, движется по своему желанию, выполняя лишь ту функцию, которую в него заложил человек.
Да, это было страшно, но вполне сносно, ведь от меня не требовали ответов на загадки всемирных вопросов, а только лишь выполнение своего функционала. Ну и, конечно, соблюдения графика работы. Элементарно не опаздывай и уходи позже, тогда все будет хорошо.
За такое долгое время работы у меня сформировалось определенное чувство времени. Проще говоря, я наложил на время четкие маркеры, с помощью которых я существовал. Пять утра – подъем, в семь двадцать я уже должен быть в раздевалке, затем переоделся и в семь сорок я уже на своем рабочем месте. По идеи смена начинается с восьми утра и продолжается до восьми вечера и платят нам только с восьми утра и до восьми вечера. Но почему никто не берет в расчет, то что мы раньше приходим на работу. Наверное это в наших интересах и вышестоящее руководство это совсем не волнует.
Продержавшись на смене до ее окончания и не разу не посмотрев время было невозможно. Постоянно по исполнению какой – то тяжелой работы или по желанию я доставал из нагрудного кармана куртки свою старенькую Nokia и с нетерпение хотел увидеть сколько же времени прошло с начала моей смены и сколько еще осталось. Но результат увиденного всегда разочаровывал меня и с неподдельным унынием я клал телефон обратно и продолжал смиренно ждать окончания смены ну или попросту работать. И вот по прошествии несоизмеримой тяжести бытия, которое можно сравнить лишь с ожиданием заключенного своего долгожданного освобождения, наступает долгожданный момент моего освобождения от работы. Смена заканчивается. На часах уже двадцать минут восьмого. Срабатывает очередной временной маркер и я уже иду в раздевалку. Затем так же ориентируясь по моим маркерам я продолжаю свое существование. В двадцать минут девятого выйти с завода, три минуты у меня уйдет, что бы дойти до остановки и без дести минут девятого уже подъедет автобус.
Одним из плюсов моей работы был бесплатный автобус который развозил рабочих по их домам, постоянно двигаясь по одному и тому же маршруту. Возникало такое ощущение, что все люди, которых автобус развозил по домам специально построили свои кирпичные замки по сторонам этой дороги, зная, что так будет удобнее добираться до огромного конвертора времени на деньги. Но это потом, ведь до начало места где начинают выходить первые люди, мне предстояло комфортно провести время в этом бесплатном транспорте. Все просто, мой комфорт заключался в свободном месте, а если оно еще находится около окна, то поездка до пункта моего назначения будет великолепна. Заходя в автобус мне хватает пару секунд на нахождение моего места. Вот я уже сел и в ожидании наполнения временной утробы такими же как и я людьми, ожидаю глухое поскрипывание закрывающихся дверей автобуса, отправляюсь в путь. Почему мы так сильно любим сидеть у окна? На этот вопрос у меня есть довольно четкий ответ. Пока шумные массы людей передвигаются в нашем транспортном средстве с места на место я спокойно смотрю в окно, а мужчина который сел на свободное место рядом со мной является моей временной преградой от всей этой суеты, недовольных своим временным положением, людей. Спокойно проводя время я наблюдаю постоянно сменяющиеся картинки, которые легким отпечатком остаются в моем сознании, затем тут же сменяются новыми зарисовками жизни моего города.
Города N, города Z, города Q. Как его не назовешь, но у всех о нем было разное представление. Перед кем-то он предстанет в ярких красках своей жизни, такой прекрасный и необремененной людским бытом остров радости и желания, который как маяк в ночном контрасте светит морякам, потерпевшим кораблекрушение на рифах. Или же он будет огромным бетонным коробом, ставшим для тебя временным пристанищем перед вынесением приговора о твоих деяниях. Последний дом заключенного перед казнью за страшное преступление. Для меня же все было гораздо проще. Весь этот огромный простор, загроможденный бесконечными бетонными коробками и яркими неоновыми вывесками был сжат в час времени от дома и до работы.
