Повесть о Морфи полностью

Легендарная трагическая фигура Пола Морфи занимала моё воображение много лет. Ещё в середине тридцатых годов я начал подбирать материал для будущей повести. Писать первый вариант её я начал в 1938 году. Материала было мало, он был отрывочен и недостоверен, источники часто противоречили друг другу.

В первом варианте повести я вынужден был фантазировать чрезвычайно широко, ибо живой ткани жизни героя не было, приходилось придумывать её… По существу, не было ничего, кроме хронологических дат, да и в них царила путаница.

Немедленно после войны, в 1945 году, я вновь вернулся к истории Пола Морфи.

Читатели, которые помнят первую часть повести, напечатанную в 1946 году в журнале «Шахматы в СССР», наверное, удивятся, прочитав эту книгу. Они найдут, что расхождения весьма значительны. Объясняется это очень просто.

Я вернулся к Полу Морфи в третий раз в 1959 году. Любезность Ильи Львовича Майзелиса, известного коллекционера и знатока шахматной литературы, дала мне возможность пополнить источники, в частности приобщить к ним две уникальные книжки из коллекции Ильи Львовича.

Первая из этих книг — мемуарная монография племянницы Пола Морфи. Брошюра вышла в свет в Новом Орлеане в 1926 году и называется полностью «Жизнь Пола Морфи в квартале Вье-Каррэ города Нового Орлеана и за границей, записанная миссис Реджиной Морфи-Вуатье».

Вторая книга — ещё большая редкость, она является настоящей драгоценностью для исследователя и библиофила.

Она подписана анонимно — «Инглишмэн» («Англичанин»), а на самом деле принадлежит перу Фредерика Эджа, английского журналиста, бывшего секретарём Пола Морфи во время его путешествия по Европе. Книга вышла в Лондоне в 1859 году, в издательстве Уильяма Лея на Кинг-Уильям-стрит, на Стрэнде. Тираж не указан.

Полное название книги — «Пол Морфи, шахматный чемпион. Отчёт о его карьере в Америке и Европе совокупно с историей шахмат и шахматных клубов, а также анекдотами о знаменитых маэстро».

Помимо этих двух источников, я использовал соответствующие разделы из книг Иоганна Левенталя, Макса Ланге, Филипа Серджента (в двух изданиях), Гезы Мароци и др. Надо сказать, что и в наши дни шахматная историография ещё не установила точно многого.

Например, даже такое крупное соревнование, как лондонский матч 1858 года Морфи — Левенталь, освещается различными авторами по-разному. Фред Эдж и миссис Реджина Морфи-Вуатье дружно указывают, что счёт результативных партий был 9:3 в пользу Морфи и на этом матч закончился.

Однако Геза Мароци (работавший, в основном, по немецким источникам) приводит счёт результативных партий 10:4 и повторяет это дважды. У немца Макса Ланге также говорится о счёте 9:3. Откуда же взял Г. Мароци свои данные? По-видимому, были сыграны ещё какие-то партии, не попавшие в зачёт. Одни авторы их признают, а другие нет.

Сто лет — не такой уж большой срок, но я предпочёл довериться современникам и очевидцам, поскольку установить истину практически невозможно.

В счёте Мароци больше нигде не расходится с Эджем, но он во многих местах изменяет последовательность партий и датировку их. Я во всех случаях придерживался данных Эджа, хоть это и не имеет большого значения для чисто беллетристической вещи.

Первые две из вышеупомянутых книжек были мной положены в основу этой повести, и, вооружась ими, я переписал своего «Пола Морфи» почти что заново, сохранив от первого варианта лишь небольшие кусочки. В первой части их много, во второй значительно меньше.

С моря дул влажный ветер. Полосатые тенты над витринами лавок надувались и хлопали, как паруса. Казалось, благословенный город Новый Орлеан, словно корабль, сорвётся сейчас с причала и уплывёт в голубую дымку тёплых морей.

На пустынной набережной фыркала и рыла землю передней ногой выхоленная, породистая кобыла. Курчавый негритёнок держал её за уздечку, ласково бормоча. Лошадь прижимала уши, мотала узкой, злой мордой, и клубы пыли поднимались из-под её нетерпеливой ноги. Негритёнок оглянулся на высокое каменное крыльцо с голубой вывеской:

ДЖЕРЕМИ ХОРН

Маклер по хлопку

Послышались громкие голоса, дверь растворилась, и высокая, сухая фигура плантатора Джеральда Аллисона показалась на крыльце. Негритёнок застыл, вцепившись в уздечку.

— Убирайтесь к чёрту, — спокойно сказал Аллисон. Лицо его, моложавое для пятидесяти лет, было угрюмо. Каштановые усы, свисавшие по углам рта, лишь подчёркивали жёсткость очертаний. Он неторопливо спустился по каменным ступеням, а за ним клубком скатился хозяин конторы, толстяк с постной физиономией квакера.

— К чёрту, Хорн! — повторил, не оборачиваясь, Аллисон. — Вы хотите наступить мне на горло… Эй, лошадь!

— Мистер Аллисон! — затараторил маклер. — Вы не первый день знаете Джо Хорна, сэр… Клянусь всеми святыми, ни один маклер Нового Орлеана не предложит вам лучшего контракта, можете проверить у кого угодно!..