– Мало ли что раньше было! Раньше вон и погода в необъятной стране стабильно развивалась: летом – лето, зимой – зима. А сейчас? Слыхала, как мамуля по радио волновалась? В Закавказье снег выпал, а в Архангельске загорают. Непорядок… Ты садись, садись, поговори с отцом, родной все-таки, не исключаю – любимый.
– Любимый, потому что единственный. Не с кем сравнивать, – сказала Ксюха, усаживаясь напротив дивана в кресло, ноги под себя поджимая, сворачиваясь в клубок, что указывало на недюжинную пластику будущей актрисы, на гибкость членов, удивительную при таком росте.
– А хотелось бы сравнить? – Легкая переброска теннисного мячика через сетку, тонкий звон клинков, осторожный обмен ударами в перчатки.
– Не отказалась бы. Ради спортивного интереса.
– Порол я тебя мало, пока поперек лавки лежала.
– Папуля, поезд ушел, я теперь вдоль лавки не умещусь.
– И в кого ты такая наглая, птица?
– В тебя, в кого еще.
– Да, ты права, я бесстрашен и ловок. – Качества, далекие от понятия «наглость», но Стасика сейчас не очень заботила логика беседы. – Знаешь, я сегодня совершил небольшой подвиг. Я спас девушку из лап хулиганов.
– Как же тебе удалось?.. Ах да, я забыла, ты у нас теперь пехом топаешь!.. Подробности, папуля, подробности!
– Видишь синяк? – Стасик с удовольствием задрал голову и показал небольшой, размером в пятак, кровоподтек. – След коварного удара… – И он в красочных подробностях, в отличие от автора, описал случай на Красноармейской улице, несколько, впрочем, приукрасив и свое поведение, и внешние данные спасенной.
Рассказал все и вдруг сообразил: а чего это, интересно, он делал на Красноармейской улице, в дальней дали от учреждений культуры? Вдруг да полюбопытствует Ксюха.
Но Ксюха пропустила мимо ушей географические подробности, Ксюху иное заинтересовало.
– Папуля, ты и впрямь заново родился! Ты же у нас зря на рожон не лезешь, ты же сам меня учил: неоправданный риск неоправдан, а значит, глуп. Не так ли?
– Во-первых, что считать неоправданным риском… Ты ухватила форму, но не поняла суть. Если бы там было двадцать хулиганов с винчестерами, я бы не полез в драку, я бы милицию вызвал – с танками и базуками. Но их было только двое. А с двумя, птица, ты знаешь, я справлюсь походя. Это физическая сторона дела. Теперь о морально-этической. Девушка беззащитна? Факт. Хотя, не исключаю, она чем-то провинилась перед собеседниками, но так оскорблять даму, прилюдно… Фи!.. Тем более, птица, пешеходы – все-все! – шли мимо, старательно делая вид, что ни-че-го не происходит. Мне стало очень противно, очень, и я влез…
Теперь Стасик перевернулся на живот и задрал ноги на спинку дивана: гудели они поменьше, вполне активно шевелились.
– Ты растешь в моих глазах, папуля, – сказала Ксюха. – С ходу, без репетиций, войти в непоставленную драку – тут необходимо мужество.
– Я такой, – скромно согласился Стасик и, сочтя отвлекающую артподготовку законченной, перешел к делу, к тому, собственно, ради чего он и усадил Ксюху напротив, развлекал ее почем зря. – Ну-ка расскажи мне, птица, кто он такой?
– Ты о ком? – Ксюха сделала вид, что не поняла.
– Не прикидывайся дурочкой. Все-таки ты моя дочь… Я о твоем парне.
– Ну и выраженьице: мой парень… – Ксюха даже причмокнула в восхищении, а скорее всего, оттягивала ответ. – Еще скажи: суженый. Стиль ретро.
– К сути, птица, к сути.
– Кто-кто… Обыкновенный человек. Инженер…
– Ты поразительно немногословна! Я буду задавать тебе конкретные вопросы, а ты отвечай сжато и точно. Как на допросе… Профессия?
– Механик.
– Должность?
– Начальник цеха.
– Место работы?
– АЗЛК. Ну, где «Москвичи» делают.
– Знаю, не маленький… Возраст?
– Двадцать девять.
– И уже начальник цеха? Толково… Родители?
– Отец – полковник, мать – домохозяйка.
– Знакома?
– Удостоена.
– Впечатление?
– Люди как люди. Жить-то не с ними.
– Логично… Жилищные условия?
– У родителей или у него?
– Конечно, у него!
– Однокомнатная в Марьиной Роще.
– Не густо. Но близко. Любит?
– Говорит…
– Не врет?
– Надеюсь.
– А должна быть уверена! А ты?
– Тоже вроде бы…
– Как у вас все расплывчато, неконкретно: надеюсь, вроде бы… Решили уведомить государство о своих отношениях?
– Не спешим.
– Вот и не спешите, никто не подгоняет… Познакомь меня с ним при случае. Но именно при случае – не специально. Лады?
– Лады. Вопросов больше нет?
– Ксюха, процитирую тебя: жить ему не со мной. Ты выбирала, тебе и отвечать. Согласна?
– Папуля, а ты так изменился, так изменился… – Ксюха даже задохнулась от полноты чувств.
– Как? – Стасик помог ей, подтолкнул к точному ответу. Но Ксюха «не подтолкнулась».
– Как не знаю что! – выдохнула наконец нечто невразумительное.
– Небольшой словарный запас – беда для актрисы, – скорбно констатировал Стасик. – Хоть к лучшему изменился?
– Похоже на то… Только останься таким, ладно?
– Слушай, может, я и вправду… того… изменился? Все кругом – в один голос… Может, каждый человек в сорок лет просто обязан попасть в аварию и перенести кратковременное эпилептиформное расстройство сознания? Ты не согласна?
