Старший и высший из богов Севера, олицетворение всепроникающей, всеодухотворяющей мировой силы, сотворивший, вместе с Вили и Вэ, вселенную, а с Лодуром и Генером — первых людей. Одина называют Альфадером (всеотцом, отцом всего) и Вальфадером, то есть отцом павших на поле брани, а также многими другими именами, которых насчитывается в северной мифологии и северной поэзии до 200.
Германцы представляли его высоким одноглазым старцем, с длинной бородой и выразительным лицом; на голове у него широкополая шляпа, на плечах полосатый плащ, в руках копье Гунгнер, всегда попадающее в цель и наводящее непреодолимый страх на того, на кого направлено; на пальце чудесное кольцо Дрёпнер, каждую девятую ночь отделяющее от себя, как капли, восемь таких же колец; на каждом плече Одина сидит по ворону (один Хугин — мысль, другой Мугин — воспоминание), которые ежедневно облетают мир и затем докладывают Одину обо всем виденном; у ног его лежат два волка, Гере и Фреке (алчный и жадный). Один отдает им всю пищу, которая ставится перед ним в чертогах богов. По воздуху Один переносится на восьминогом коне Слейпнере, на зубах которого начертаны руны. Обитает Один в светлом чертоге Валаскьяльф, восседает на золотом троне Лидскьяльф, с которого окидывает взглядом всю вселенную. Есть у него еще особая палата Валгалла, в которой он пирует с душами героев, где они сражаются друг с другом в поединках, но уже никогда не погибают. Питается Один одним виноградным вином, тогда как прочие боги довольствуются медом.
Один мудрее всех богов, так как каждый день пьет из источника мудрости, охраняемого великаном Мимером; последний взял с Одина за разрешение пить из этого источника драгоценный залог — один глаз, оттого-то Один кривой. (Правда, в скульптуре Г. Э. Фрейда (1846 г.), храняшейся в Копенгагене, явно навеянной античной статуей Юпитера, Один смотрит в оба глаза.) А кто же тогда на двух других мужских маскаронах? Скорее всего, это энхейрии — павшие в бою воины. Их возрождают валькирии, и они вечно сражаются на пиру в Валгалле. Один владеет также чудным напитком «медом скальдов», сообщающим дар поэзии. Оттого Один и называется отцом поэзии; он же изобретатель и хранитель священных рун, покровитель истории, с богиней которой, Согой, ведет долгие беседы, и вообще — отец всякого знания.
Валькирии (Walkyrjur,
Подобно норнам, они отчасти происходят от эльфов и других сверхчеловеческих существ; но отчасти они — княжеские дочери, попадающие в валькирии еще при жизни. Они обладают даром превращения в лебедей. Часто валькирии выбирают себе в возлюбленные благородных героев; как Брунгидьда в «Песне о Нибелунгах». Но в браке со смертными они лишаются бессмертия и своей сверхчеловеческой силы.
Нередко валькирий смешивают с норнами, прядущими у колодца нить жизни; это, вероятно, от того, что по своему влиянию на победу валькирии тоже, некоторым образом, держат в руках судьбы людей. Что и произошло в декоративном убранстве одного из самых известных и знаменитых домов на Невском проспекте — торговом доме компании «Зингер». Здесь в шлемах с копьями в руках воинственные дамы, безусловно, валькирии, а с веретенами, скорее всего — норны.
В скандинавской мифологии девы судьбы; соответствуют греческим мойрам и паркам, славянским — роженицам и судицам. Норны — три нестареющие красавицы девицы — Урд (прошлое), Верданди (настоящее) и Скульд (будущность). Они живут под громадным ясенем Игдразилем, который покрывает своей тенью весь мир. Вблизи течет Урд — река прошлого; из нее норны пьют вечный напиток; этой водой они поливают корни Игдразиля, чтобы они не усыхали. Судьба не только людей, но и самих богов определяется норнами. Сам Один их боится. Среди них бывают добрые, вроде мудрых богинь, и фильгии — нечто вроде ангелов-хранителей.
