Относительно разработки образа горгоны в маскаронах отчетливо прослеживается два направления. Одно — в сторону иносказательности, в сторону психологической проработки образа, другое — в декоративность, когда обилие змеевидных волос Медузы превращается в самодостаточный орнамент; так, в образе Медузы, «охраняющей» дом № 19 на Рузовской улице (арх. Б. И. Пфшович), «художник, изображающий горгону Медузу, не придерживается правил, связанных с портретной корреляцией создаваемого образа. Этому способствует не только ее непременный атрибут — змеи на голове вместо волос, но и характеристическая непредсказуемость поведения страшного мифического персонажа. Поэтому в передаче выражения лица Медузы существует такой диапазон предполагаемых чувств, на который способна мимическая мускулатура в воспроизведении оттенков отрицательных эмоций.
Иногда и змеи на голове мифической женщины-чудовища становились объектом вдохновения скульпторов. И тогда уже не выражение лица Медузы, а рельефные изображения представителей отряда пресмыкающихся, извивающиеся вокруг ее головы, привлекают внимание прохожих (П. С., Малый пр., 25, арх. А. Н. Дмитриев; Большая Монетная ул., 6, арх. В. С. Шорохов)»[89].
В данном случае декоративность превалирует над драматическим содержанием. Замысловатые извивы змей превращаются в сказочную плетенку, где собственно лицо Медузы не играет определяющей роли. Другое направление в развитии образа горгоны Медузы, буквально цитируемая архитекторами «Медуза Рондронини», хранящаяся в Мюнхене в Глиптотеке, работы Джорджо. Но мастер копировал ее с классического оригинала, предположительно скульптуры Фидия V века до Р. Х.
С годами происходит странное слияние образов Горгоны и Персея. Они начинают походить друг на друга. Ремни под подбородком героя, держащие шлем, делаются похожими на змей, а голову Горгоны увенчивает крылатая шапка, «арендованная» Персеем. Со временем разница настолько стирается, что о маскароне на доме № 2 по Караванной улице нельзя сказать с уверенностью, кто это — Персей или утратившая все непривлекательные свойства Горгона? Равно как и в маскароне женщины, увенчанной средневековой европейской короной, можно с большими оговорками признать Андромеду. Образ Персея все более сливается и с образом безбородого Гермеса. Только кадуцей позволяет определить точно, что перед нами вездесущий Меркурий.
