– Когда будет нужно, она сама зажарится…
– Довольно! – вдруг закричал Юрка, вскакивая с кресла. – Надоели мне твои фокусы! Мила, идём ловить рыбу!
– Идём, Юрик, обрадовалась она.
– А твой судак нам не нужен! – Юрка схватил рыбу за раздувающие жабры и швырнул с обрыва.
– Идите, пожалуйста, я вас не задержу… – пожал я плечами, глядя, как они спускаются со скалы. – Эй, постойте! А чем вы будете ловить? Хотите, я вам сделаю сети или удочки?
– Сами сделаем! – ответил Юрка, цепляясь за камни.
– Сумасшедшие, в океане жуткие волны! Слышите, как там свистит ветер? Вы утонете?
Мила ответила громко и радостно:
– Пускай ветер, пускай буря! Лучше буря, чем ничего не делать!
Они скрылись за выступом скалы, но я ещё долго слышал тонкий голосок Милы, которая весело распевала:
Мне было невыразимо скучно. Чтобы как-нибудь скоротать время, я сотворил для себя ещё несколько пирожных. Но они не полезли в рот. Мне захотелось пить, и на несколько минут я развлёк себя тем, что пустил из скалы шумный и звонкий фонтан нарзана. Вода была вкусная и холодная, и я пил её до тех пор, пока не почувствовал, что живот стал тугим, как барабан. Я сел в кресло, наблюдая, как пенится сбегающий в океан ручеёк, и в конце концов заснул.
Проснулся я от толчка в плечо и вздрогнул, увидев чёрное лицо Юрки, освещённое красноватыми отблесками костра. Был вечер. Далеко в океане, за линией горизонта, чуть-чуть розовело небо.
Мила хлопотала у костра. Приятно пахло дымком и жареной рыбой.
– Если так долго сидеть на одном месте, у тебя ноги совсем отсохнут. Вставай, вставай, волшебник!
Юрка помог мне добраться до костра. У меня было такое ощущение, словно моё тело несколько часов подряд колотили палками.
– Вы ловили рыбу? – спросил я. – А волны?
– А мы поворошили мозгами и придумали. Мы ловили рыбу в лагуне моей рубашкой. Потрогай, она ещё мокрая. В океане волны, а в лагуне совсем тихо.
– Накупались, наплавались! – живо говорила Мила. – Вода такая хорошая, тёплая!
– Накупались, – с завистью сказал я. – А меня не могли позвать?
– Так ведь плавать– это тоже работа! – расхохотался Юрка и язвительно прибавил: – Впрочем, если ничего не умеешь делать, то поневоле будешь бездельничать.
– Кто ничего не умеет делать? – возмутился я.
Мила посмотрела на меня так, словно видела меня впервые.
– Борик, а что ты умеешь делать?
– Фокусы… – быстро выпалил Юрка.
Моё самолюбие было задето.
– Я все умею делать! А вот интересно, что ты, Юрка, сам умеешь делать?
Он развёл руками:
– Ну, всего, конечно, как ты, я не умею…
Мила с укором сказала мне:
– Борик, он у нас молодец! Смотри, какой он устроил костёр.
– Подумаешь, костёр! Разве так дрова кладут? Нет никакого притока воздуха.
– Покажи, как надо! – запальчиво крикнул Юрка.
– Пожалуйста, могу показать…
Я начал показывать, и костёр, конечно, очень скоро погас.
– Хм… – смущённо пробормотал я. – Дрова сырые. Дайте спички…
– Спичек нет, – кусая губы от сдерживаемого смеха, проговорила Мила.
– Хм… Сейчас я сделаю спички.
– Опять фокус? – подозрительно спросил Юрка. – А ты без фокуса.
– Без фокуса? Хорошо, дайте подумать… Ну, ясно, чтобы добыть огонь, нужно увеличительное стекло.
– Чем ты думаешь, Борька? Во-первых, увеличительного стекла нет, а во-вторых, если бы оно даже и было, то что бы ты с ним стал делать, когда солнце уже зашло?
– В таком случае… – лихорадочно соображал я, – в таком случае можно добыть огонь при помощи трения дерева о дерево.
– Потри попробуй!
Я неуверенно взял две ветки и минут пять тёр их одну о другую. Меня все больше раздражали молчаливые улыбки приятелей. До боли стиснув зубы, напрягая силы и покрываясь потом, я все тёр и тёр. А проклятые ветки даже не сделались тёплыми. Шумел океан, ясные и крупные звёзды блестели в вышине, ухала в темноте какая-то птица.
– Не мучайся, – сказал наконец мне Юрка.
– Это дерево не годится, – отбросил я ветки и расстегнул воротник на взмокшей рубашке.
Он подошёл ко мне и покачал головой.
– С твоим терпением никакое дерево не загорится. – Он улыбнулся, и на его тёмном лице блеснули зубы. – Я читал, что дикари на добычу огня таким способом тратили много часов. Но есть способ и попроще. Видишь вот этот сухой нарост на дереве?
– Ну?
– Это называется трут. Берём немножко трута… Смотри, вот так… Кладём в костёр. Теперь я этой железкой и камнем высекаю искру…
Костёр задымился, вспыхнуло пламя, и вокруг нас заплясали тени. Юрка снова приблизил ко мне своё лицо.
– Понял?
Я был посрамлён и оттолкнул его довольно грубо.
– Чего ты толкаешься?
Я молчал.
– Слышишь, ты чего толкаешься? – вскипел Юрка.
– Я тебя ещё не так толкну! – вспыхнул и я.
– А ну толкни, толкни!
– Ребята, перестаньте! – закричала Мила, вскакивая, но мы уже сцепились и рухнули на землю.
– Я сразу почувствовал, что Юрка сильнее меня. Он прижал мои лопатки к камням, и один из них так больно впился в мою спину, что я взвизгнул:
– Пусти, Юрка!
– Ну то-то! – уже миролюбиво проговорил тот, поднимаясь и отряхиваясь.
– Борик, иди к костру, – позвала Мила.
