Две затрапезных куртки я утром спалил в костре, когда собрался туда же закинуть ветхий «абибас» китайского производства, нарисовались трое водителей — армейцев, которым я оптом подарил и шмотки («Ковыряться с осями пойдут!» — авторитетно заявил самый старший из них) и прочее барахло «от бандюков». Самое смешное, что через десять минут, уже перед отправкой, один из водил появился возле моей кабины и отдал мне найденную в одном из спортивных костюмов, в зашитом кармане, тощую пачку экю, на глаз этак до полутора сотен мелкими карточками. Еще и объяснил, что, если б я им шмотье продал это был бы их законный приработок, а раз просто отдал так это мое. С достоинством приняв благодарность и отказавшись от более материального ее выражения, он пожал мне руку и вдруг замер на подножке, на которой стоял при разговоре. Его глаза впились во что-то за моей спиной, потом он хмыкнул своим мыслям и, улыбаясь, попрощался «до вечера». Я захлопнул дверь и осмотрел кабину, но ничего необычного или забавного не заметил. А вечером возле моего костра появился капитан, начальник конвоя, и насмешливо спросил:
— И какого лешего ты дурака валял? Почему не назвался нормально сразу Маньяк?
Я только выругался:
— Капитан, достали этим дебильным прозвищем, на! Я нормальный! Как хоть убедились-то кто-то меня видел раньше?
— Не, ехидно заулыбался армеец просто один из наших к тебе в кабину заглядывал.
— И что? все еще не мог понять выводов я.
— А надо свой автомат, который пистолет и который здесь полмира знает, хоть как-то прятать! А он у тебя прямо в держателе перед торпедой торчит. Понимаю, так удобнее, но вот с точки зрения незаметности…
Я только сплюнул от досады и предложил:
— Может, не стоит делать это общеизвестным фактом? Я как бы не артист, и в популярности не нуждаюсь.
— Да, собссно, про тебя только армейцы мои в курсе, и все. О стальным знать не нужно, да и мои это «сарафанным радио» растрезвонили, а так лишнего никто и не знает.
Я вспомнил странные взгляды со стороны конвойщиков на привале, и несколько большее, чем обычно, их движение во время остановок, и мысленно поблагодарил водил, что не стали по радиосвязи языками трепать. Это ж как скучно тут живут люди, что такая, в общем-то довольно заурядная ситуация, вызвала такой резонанс? Хотя армейцы-то меня знают именно как Маньяка, могли и происхождение прозвища знать, а тогда да на мелкую местечковую известность дворо-районного масштаба я, пожалуй, потяну и по земным меркам.
— Ладно, пусть так и будет. Но и достаточно, ладно? попросил я. Капитан кивнул и, помявшись, спросил:
— По поводу той троицы без обид?
Я налил в чашку свежезаваренного чая, достал из сумки себе вторую и, легко чокнувшись с капитаном краями, ответил:
— Твое здоровье.
А когда Маслов, оценив качество напитка, блаженно жмурился, добавил:
— Обид нет. Только своему заму объясни, что людей надо все же внимательнее выслушивать, да и сам не делай скоропалительных выводов Эти козлы меня пасли дня два, минимум, так что заработали свою судьбу. Ну и черти с ними. Не подскажешь лучше, чего вы уже второй день нервные такие?
Капитан нахмурился, потом махнул рукой:
— Есть причины. Срисовали тут пару банд, которые точно нацелились на нас. А вчера радиоразведка засекла, сосредотачиваются твари. Похоже, завтра попробуют нас на зуб, а послезавтра можно ждать полноценного нападения.
Я почесал затылок, потом уточнил:
— И что, их так много, что можем не отбиться?
Капитан досадливо помотал головой:
— Да нет, отобьёмся, у нас есть пара сюрпризов для этих скотов, но в конвое много гражданских людей, а главное детей полно! В смысле не подростков лет по пятнадцать-шестнадцать, а именно детей, больше полутора десятков малолеток! Есть совсем крохи, четыре годика, и едут в обычных машинах, и прикрыть нечем. Командование готовит штурмовики, но они будут только через три дня, это минимум. И что прикажешь делать?! Не в бэтры ж их сажать по броне самая пальба и будет?!
Я медленно кивнул, а потом замер от неожиданной идеи:
— Слушай, капитан, а ты что про мою машину знаешь?
Тот недоуменно пожал плечами:
— Да как и все взял ее с Хана, трофей классный, починил, двух егерей припахал под это чем прославился как бы не больше, чем самим трофеем
Я покивал и продолжил:
— Чинили ее специалисты, чуток замаскировали по моей просьбе, пришлось варить на нее всякое, и варить пришлось спецсваркой аргоновой, особо дорогой. Не в курсе?
Капитан несколько раздраженно переспросил:
— И какая мне разница какой именно сваркой тебе машину чинят? Это имеет значение?
