— Отрицаю. Я убивал не людей, а бандитов, которые, к слову, сюда приехали за мной вдогонку, и не на шашлыки пригласить! Если бы не ваше вмешательство, то могло бы и получиться, я не ремба с титановыми фаберже.
Лейтенант тяжело посмотрел на меня и процедил:
— Слушай внимательно Варан. Сейчас мы выдвигаемся в город, я, лично, буду участвовать в расследовании. И если ты будешь виновен сам тебе веревку на горло приспособлю! Рябенко из моего взвода, эту неделю должен был стоять на КПП, ты его сделал калекой. Перебит позвоночник, а калибр у твоей дуры такой, что там все в крошку. Руки работают, а ноги не будут никогда! Молись, чтоб оправдаться!
Я опешил от такой сентенции, зато пришел в себя. Черт, а еще ничего не кончилось! И Р А может оказаться не защитой, а скорее проблемой! Вот же влип! Ну, посмотрим
В БТР загрузили трех из моих загонщиков, устроили на противоположном борту. Все трое с заметной осторожностью и недоумением поглядывали на меня. Это и понятно вот увидь они здорового амбала, всего в шрамах и со сбитыми в мозоли костяшками, и все было бы понятно. Этакий крокозавр порвал их на лохмотья, так «вы ж на него сами посмотрите»! Но когда это делает сопливый пацан абсолютно безобидного вида возникает то, что психиатры называют «когнитивным диссонансом». Глаза видят одно, а память говорит совсем противоположное. Только что они сидели по кустам и мечтали не попасть в прицел снайперу, еще не отошли от страха, а теперь видят этого самого снайпера и не знают, бояться его или смеяться над щенком!
В люк заглянул старшина и хмуро кивнул мне:
— Машины твои пригнали, все цело. Там сейчас опечатают все, может, контрики заинтересуются чем.
Мне вдруг в голову пришла идея, я наклонился к нему и тихо прошептал:
— Слушай, старшина, если можешь, свяжись с капитаном Комлевым или лейтенантом Скворцовым, или Маслову дай знать! Они же из разведки? Ну, кроме М аслова Предупредить бы их надо. А то мало ли
Старшина с подозрением уставился на меня:
— А зачем? В Демидовске есть подразделение Конторы (так и сказал, с большой буквы!), там вполне серьезные люди.
Я скривился:
— Люди серьезные, вот только чуток гнильцой от них тянет С одним таким я пообщался, вполне серьезный, кстати
Старшина аж сглотнул, потом тихо процедил:
— Ладно, сам не полезу, а вот своим передам Смотри, если врешь сам тебя достану. Таким шутить
В Демидовск мы въехали изрядным конвоем часа через три. Собственно, дорога заняла не более часа с учетом скорости БТР-ов, которые никто гнать полным ходом не собирался. Остальное время потратили на ремонт подбитых мной машин и ожидание водителей к этим машинам (владельцев за руль лейтенант сажать не захотел). Когда дошло до моего грузовика, я помахал рукой, привлекая к себе внимание:
— Очень попрошу, машины вести осторожно. Это не дрова, и на «камаз» не очень похоже. Поаккуратнее там.
Водитель, парень лет двадцати, хмыкнул, глядя на разрисованное чудо с «татровским» шильдиком на капоте, но когда влез за руль, из кабины донеслись восхищенные матюки, а боец, высунувшись в открытую дверь, выдал:
— Слушай, парень, ты где такое нашел?! Я такое только в кино видел! Это вообще что за машина?!
— Хорошая, я же сказал. Поэтому будь аккуратнее. Мне еще на ней ездить и ездить
Когда я выбрался из полумрака бронетранспортера, чуть рассеиваемого открытыми амбразурами, оказалось, что мы находимся в городе, возле знакомого мне здания, только в этот раз тут крутилось куда больше народу. Меня, внимательно контролируя, провели в камеру, отобрали нож, а из кармана выгребли гранату и там же лежавшую флешку, ту самую, с записью вчерашней перестрелки в ресторанчике, после чего заперли но ненадолго. В дверях показался знакомый мне по вчерашнему вечеру особист Николай Макарович.
— Ну, молодой человек, я же вас предупреждал, вам стоило бы быть поаккуратнее. с порога начал он. Я же в этот момент вдруг вспомнил об одной штуковине и молился про себя, чтобы меня не стали обыскивать! Только не сейчас! Блин, если еще работает Спокойно!
— Николай Макарович, вы же знаете, что произошло я заблеял таким перепуганным тоном, что аж самому противно стало не переиграть бы? Но «молчи-молчи» насмешливо улыбнулся и ответил:
— Ну, знаешь ли, мало вчерашней стрельбы, когда ты уложил сразу трех вполне приличных людей, так еще и ночью такое безобразие в гостинице, а потом и утром Нехорошо, нехорошо Теперь вы, молодой человек, отправитесь на каторгу, с конфискацией имущества, разумеется.
— То есть, вы меня не просто не прикроете, но и утопите, я правильно понимаю? поинтересовался я. Офицер (хотя таких у нас в части шакалами называли, какой он офицер?!) хмыкнул:
