В этом году, пожалуй, впервые на моей памяти, меня доброжелатели предупреждают: «Вы, Владимир Владимирович, поосторожнее в своих высказываниях. А то, знаете…» Ну и я отвечаю: «А что я должен знать?» – «Ну как же, – отвечают, – помните историю с так называемым законом Познера? Помните, как наехали на “МК” и на Павла Гусева? Помните?» Да, конечно, помню. Да и совсем недавно в этой программе одна дама из Думы объясняла мне, что когда крайне резкое или даже грубое высказывание исходит из уст депутата, это называется оценкой. А когда то же самое исходит из уст журналиста, то это клевета и оскорбление.
Так вот, я сейчас хочу высказать пару-другую оценок. Одна заключается в том, что за последние примерно полгода мы являемся свидетелями того, что можно спокойно называть «наездом» на средства массовой информации со стороны представителей законодательной власти и не только. А вторая заключается в том, что в результате этого наезда все больше журналистов задумываются, а стоит ли вообще говорить хоть что-нибудь, что может быть и, скорее всего, будет истолковано как беспредельное высказывание?
Что касается меня – не дождетесь.
Во вторник, 21 мая, Государственная дума приняла во втором чтении закон о защите чувств верующих. Пока дело не дошло до третьего, последнего чтения, я считаю своим долгом обратить внимание как уважаемых депутатов, так и патриарха Кирилла и глав других конфессий на ряд моментов.
Нарушение закона определяется, я цитирую, как «публичное действие, выражающее явное неуважение к обществу и совершенное в целях оскорбления религиозных чувств верующих». Вы вообще отдаете себе отчет в том, насколько это, говоря языком президента Путина, сыро?
Ну смотрите. Публичное – это что? Это два человека? Это три человека? И вообще, кто это определяет? Что такое явное неуважение в отличие от неявного? Как это измерить? Неуважение к обществу – это к какому обществу-то? Общество разное. То, что одно общество считает неуважением, другое вообще не замечает. «В целях оскорбления». А если человек утверждает, что не было у него такой цели? Например, как девушки из Pussy Riot? Что тогда?
Далее. Высказывание – это вообще действие? Вот я вполне публично с телевизионного экрана высказываю суждение или оценку (прошу меня услышать, суждение или оценку) о том, что я считаю принятие христианства Россией трагедией. Нет ни малейшего сомнения, что найдутся люди, которые скажут, что я оскорбил их религиозные чувства. И что? Я за это должен сидеть три года в тюрьме? Или я должен заплатить штраф в 500 тысяч рублей?
В общем, вот что я вам скажу. Если закон будет принят в таком виде, вы откроете такой ящик Пандоры, что мало не покажется, причем всем, в том числе и вам. Не говоря о том, что придется запретить и изъять из библиотек многие произведения Пушкина, Гоголя, Достоевского, Набокова, Булгакова и других.
Неделю тому назад гостем этой программы был руководитель Федеральной миграционной службы РФ Константин Олегович Ромодановский. К сожалению, из-за ограничений во времени я не смог сколько-нибудь подробно поговорить с ним об очень интересной и важной, как мне кажется, теме, а именно – о регистрации по месту жительства.
Вы, конечно, помните, что такое прописка. Это была такая полицейская мера, которую я сравнил бы с кандалами. Прописка привязывала – это с одной стороны. А с другой – она не пускала. Гордый гражданин СССР не мог свободно ездить по собственной стране, жить там, где ему хотелось. Нужна была прописка. Ну а получить ее, как говорится, намерзнешься и настоишься.
Наступили новые времена, прописку отменили и вместо нее ввели регистрацию, которая (и это чрезвычайно важно) носит уведомительный характер. То есть никто не может отказать человеку в регистрации, и это характерно для всех демократических стран. Правда, там нет внутренних паспортов.
Например, во Франции есть такая штука – пластиковая карточка. На одной стороне там фото, фамилия, имя, пол, дата и место рождения, рост и моя подпись, скажем. А на другой стороне – место жительства, дата выдачи, срок годности, кем выдано, подпись того, кто выдал эту карточку. Все. Женат, холост, разведен – это никого не касается. Очень удобно. Заметьте, никому нет дела до того, живете ли вы по указанному при регистрации адресу или нет. Например, переехал муж к жене или жена переехала к мужу – никого не волнует. Потому что считается, что свобода передвижения – это одно из главнейших прав человека.
10 июня 1834 года один из величайших гениев человечества, англичанин по имени Чарльз Дарвин, поплыл на паруснике Beagle, поплыл навстречу одному из самых важных научных открытий, которое он изложил в книге «О происхождении видов». Дарвин – автор теории эволюции.
Тут я, конечно, должен проявить крайнюю осторожность, а то как бы я ненароком не оскорбил чьи-либо религиозные чувства. Хотя сразу оговорюсь, что такой цели у меня нет и не было. Сказав это, я теперь осмелюсь сказать, что Дарвин блестяще показал, каким образом появились мы с вами.
