— Угощаю я, — небрежно обронил Томпсон, — сегодня сорвал неплохой куш.
— Здорово, значит, сейчас пойдем, — нетерпеливо ответил ему Кларк. Он подмигнул мне, как бы говоря: «будь паинькой».
— Сдается мне, юная мисс спешит домой.
Рука мужчины, лежащая на моей спине, тут же обмякла и, напоследок мазнув меня ладонью по заднице, как будто случайно, скрылась в кармане его джинсов.
— Нет, что вы, босс. Она как раз собиралась пойти с нами…
— Ничего я не собиралась, — резко вставила я, и голос мой прозвучал почти истерически визгливо. — Пошли вы нахрен, ясно? Мудаки.
Кларк открыл и закрыл рот. Было видно, ему очень хочется дать мне как минимум добротную затрещину, но при Томпсоне он боялся распускать руки. Я же, почувствовав себя свободнее, расталкивая их плечами, вышла вперед.
— Полегче, девочка, — сказал мне кто-то. — Оскорбления тут ни к чему.
— С этим я соглашусь, — улыбнулся мне Томпсон обходительной, но прохладной улыбкой. — Что ж, джентльмены, возвращайтесь-ка в бар.
Его подчеркнуто любезный, но не терпящий возражений тон заставил их отступить.
— Еще увидимся, крошка, — сказал мне Кларк.
— Очень в этом сомневаюсь, — Томпсон ответил ему вместо меня.
Поворчав для вида, мужчины обошли его и направились к бару. Теперь я могла выдохнуть спокойно. Черта с два я еще хоть раз сунусь сюда!
— Спасибо, — бросила я ему и направилась прямиком к своей машине. На мне все еще был фартук с эмблемой бара, о котором я совсем забыла, и я уж было подумывала бросить его прямо на асфальт, как Долорес в ту самую первую ночь, но совесть не позволяла мне мусорить.
— Постойте-ка, — Томпсон догнал меня и преградил путь. — Вы вновь принесли мне удачу. Хочу вас отблагодарить.
— Не стоит. Мне не нужны ваши деньги.
По его лицу проскользнула тень, и тонкие губы сжались в совсем узкую полосочку.
— Даже так? Вы, наверное, уже вдоволь наслушались сплетен обо мне.
— Слышала всего одну, но и ее мне достаточно.
Почему-то его я не боялась так, как Кларка и его компанию. Томпсон, пусть и казался привыкшим получать все, чего бы он ни пожелал, не выглядел действительно опасным — в плане грубой физической силы, я имею в виду. Скорее, он был человеком, действующим тактично и рассудительно, с помощью своей власти и денег, но все это не производило на меня никакого впечатления.
— Не хотелось бы оправдываться, но…
— Но вы собираетесь это сделать, — заключила я.
— Просто хотел сказать, что не имею к пожару никакого отношения, — он выплюнул это с презрением. — Молва расходится быстро и порой беспочвенно.
— И зачем мне эта информация?
— Затем, что вы, вероятно, не захотите работать на преступника, а я таковым не являюсь. Видите ли, мисс Смит, вы необычайно мне симпатичны, и к тому же выглядите весьма не обделенной интеллектом девушкой. А я как раз ищу себе толковую секретаршу в офис.
— Нет.
— Вы даже не знаете, что я предлагаю.
— Что бы это ни было, мне неинтересно.
— Что же, ухаживать за стариканом и его взбалмошным сыном куда интереснее, чем заняться настоящей работой?
Как там назвал меня Аксель однажды, «личной кроличьей лапкой Томпсона»? Похоже, должность секретарши именно это и предполагала.
— Я вижу в вашем предложении скрытый подтекст, и он мне не нравится. А теперь, извините, но я должна…
Томпсон вдруг склонился надо мной, и наши лица оказались в паре дюймов друг от друга. От него пахло дорогим одеколоном и почему-то жвачкой «бабл гам».
— Более чем приличное жалованье, полный соцпакет и щедрые… чаевые, если вы проявите чуточку больше усердия, чем требуется среднестатистическому секретарю. Я никому об этом не расскажу, если вы волнуетесь, что о вас подумают люди вроде мистера Хейза. Я отлично храню чужие секреты. Можете спросить у Акселя, он вам скажет то же самое.
Последнее он произнес особенно четко, с явным намеком, но я не поняла, на что.
— Хотите купить меня?
— Нет, что вы. Хочу купить ваше время, и только-то.
— Спасибо за предложение, но я отвечу так же: нет.
— Зря ты так, — сказал он, внезапно переходя на «ты». — Подумай, мое предложение не долго будет в силе.
— Буду знать, — сказала я. Воспользовавшись тем, что Томпсон наконец отступил, запрыгнула в машину, и, как только загудел мотор, дала по газам.
Стоило мне отъехать от бара, как все случившееся навалилось на меня холодным, кромсающим внутренности осознанием.
Подъехав к мосту, я остановилась у обочины, чтобы перевести дыхание: ночь была тихая, ясная, спокойная, как перед самым рассветом, но пока еще непроглядно темная. Почему-то мне показалось, что скоро будет дождь.
Меня уже начало клонить в сон, но я никак не могла заставить себя тронуться в путь, хотя до дома осталось всего ничего.
Я казалась самой себе непроходимой тупицей. Теперь мне хотелось принять предложение Томпсона, лишь бы позлить Акселя — но так я, конечно, не могла поступить с мистером Хейзом, да и Сэм с Эрни вряд ли стали водить со мной дружбу, если бы узнали об этом.
