Только вот, сей факт никак не оправдывает Лесю: на моем месте могла оказаться любая другая девушка, с которой, я уверена, она была бы жестче. Все-таки, Кит ее друг, а я та, к кому Кит неровно дышит и наверняка, моя смерть огорчит его.
— Лесь, не молчи.
— Я понятия не имею, что мне тебе отвечать.
— А я знаю. Никите, твоему лучшему другу, между прочим, совершенно не понравится то, что ты творишь.
Леся сглатывает и стискивает зубы настолько, что я вижу, как напрягаются вены на ее шее.
— Это не важно. — Произносит она. — Иногда нам приходится делать то, что нам не нравится, а также чувствовать то, что нас убивает.
— То есть, тебе плевать на то, что причинишь боль своему другу? Другу, который тебя любит как родного человека? Боже, Леся, если ты гонишься за Денисом, в надежде на то, что он признает в тебе сестру, то знай — это бесполезное занятие. У тебя уже есть брат. Пусть не кровный, но он лучше всех! Он даже лучше тебя. И достоин того, чтобы ты его не подвела.
— Мне не нужен брат.
— Дело в любви? Ты любишь Дениса как мужчину? Тогда это еще глупее, чем первый вариант.
— Ты не понимаешь. — Леся поджимает губы и хмурится. — Я так и думала, что Никита расскажет тебе о том, что происходит в моей жизни. Видимо, у него к тебе серьезные намерения, раз уж он доверил тебе мою тайну.
Я молчу и вздыхаю. Смотрю на помрачневшую мигом девушку, и мне вдруг хочется стиснуть ее руку, обнять за плечи и прошептать, что все будет хорошо, что иногда люди ошибаются, но если не все, то многие ошибки, что мы совершаем, можно исправить. Нужно только захотеть.
— Тогда объясни мне, а я, насколько это возможно, постараюсь понять тебя.
Девушка хмыкает и качает головой.
— Все слишком сложно. Настолько сложно, что я даже сама ничего не могу уже понять.
— Тогда тебе тем более стоит рассказать мне обо всем. Мы постараемся разобраться в этом дерьме вместе! — я дотрагиваюсь до ее плеча в ободряющем жесте, но она одергивает его.
— Нет, Майя. Не пытайся давить мне на жалость и претворяться искренне заинтересованной в моих проблемах.
— Леся, я не претворяюсь, я действительно хочу помочь тебе.
— Нет. Даже если ты действительно хочешь мне помочь, то навряд ли у тебя это получится. Мне кажется, что мне уже никто и ничто не поможет.
— Да нет же, нет! Это не так! — я закусываю нижнюю губу, в поисках подходящих слов. — Слушай, Лесь, ты помнишь тот вечер, когда мы познакомились? Если бы не ты, с тем ужасным пивом, я бы никогда не узнала Никиту! Я бы не узнала тебя, Артема и Мишу. Если бы не тот вечер, то я утопилась бы в собственном горе и бессилии. Ты, это ты меня спасла, подойдя тогда ко мне. Ты протянула мне руку помощи. Теперь я хочу помочь тебе. Прошу, дай мне сделать это. Не отвергай меня.
Я почувствовала, как в переносице начало щипать, а глаза наполняться влагой с каждым мгновением. Судя по виду Леси, она испытывала то же самое. И не удивительно: у нее по-настоящему дерьмовая жизнь.
— Прости, Майя… Я, правда, не хотела этого всего. Но обратного пути нет.
Леся встала с дивана и прошагала к двери под аккомпанемент моих рыданий. Но прежде чем она скрылась бы за дверью, я успела произнести:
— Не думала, что такой человек как ты, человек, которому Никита доверил бы свою собственную жизнь, будет помогать тому, кто однажды убил и собирается сделать это снова.
Леся замирает у порога. Не двигается. Этот момент позволил мне понять, что Денис не посвящал ее в свое прошлое. Она, наверняка знала, что меня ожидает смерть и, пожалуй, даже смирилась с этим. Но то, что ее Денис уже убивал когда-то, застало ее врасплох.
— Денис не говорил тебе, почему я здесь? Говорил ли он тебе о том, что несколько месяцев назад он жестоко зарезал моего брата? Своего лучшего друга из-за девушки, с которой они познакомились на студенческой вечеринке? Знаешь ли ты, что твой Денис до сих пор любит ее?
Леся еще некоторое время стоит, словно пытается переварить сказанное мною, а затем срывается с места и исчезает за дверью, при этом, не позабыв хорошенько хлопнуть ею, отчего затряслись все стены, а старая краска чуть ли не полностью слетела на пол.
Интересно, что будет делать Леся теперь, когда я рассказала ей чуть больше, чем она знала со слов Дениса. Подействовало ли сказанное мною на нее? Если да, то в какую сторону? Или ей просто плевать и она готова продолжать любить, как и раньше: самозабвенно и безответно. Нет, сомневаюсь. Она ведь такая же девушка как я, как многие другие; она просто девушка, которая хочет любить и быть любимой, и вовсе не игрушкой в чужих руках.
А мне остается только ждать. Сейчас все зависит только от Леси.
Глава двадцать первая*
Самые гениальные идеи придумываются на ходу. Собственно, как и абсурдные. Сначала в голове лишь пустота, а потом — раз! — и появляется крохотная точка света, которая через считанные секунды превращается в огромный шар, заполоняющий собой всю черепную коробку.
