– Пойдем к метро, дружочек, – вздохнула я, – надо бы успеть до закрытия магазина купить чего-нибудь съестного, а то в холодильнике шаром покати.
Я взяла под руку свою дорогую буйную подружку, и мы потопали к шумной теплой утробе орденоносного метрополитена.
Добравшись домой и, исполнив свой прогулочно-прокормочный долг перед любимой псинкой, состряпали себе нехитрый ужин и расселись на диване перед телевизором.
– Все в этой семейке друг друга стоят, – изрекла Тая, откусывая «многоэтажный» бутерброд с ветчиной, сыром, луком, огурцом и чем-то еще, не в курсе, чего именно она туда натолкала. – И ведь достанутся же какому-то несчастному такая женушка с такой вот тещенькой.
– Главное, чтобы нашего Владика такая беда стороной обошла.
– Не беспокойся, обойдет, уж я об этом позабочусь!
Ну, кто бы сомневался…
– Знаешь, Таюсь, у меня предчувствие, что круг вот-вот сомкнется. Истина где-то рядом.
– Ага, и замыкается все на товарище Рубене. Ты визитку его не посеяла?
– Вроде нет.
– Иди, поищи и принеси.
– Слушаюсь, мой генерал.
Принеся визитку, я торжественно вручила ее подруге.
– Геворгян Рубен Матевосович, – прочитала Тая, – бизнесмен. И три мобильных телефона. Надо же, коротко так, емко: «бизнесмен». И всех делов. Что ж, копнем, расковыряем, позырим, что там у него за бизнес. Ты визитку Карины не посеяла?
– Принести?
– Да.
Я исправно доставила визитку по месту назначения.
– Тэк-с, тэк-с… Гулмазова Карина Генриховна, генеральный директор сети «Да будет свет», факсы, телефоны прилагаются… прэлэстно, прэлэстно… Дай-ка, Сенусик телефончик.
– Ты собираешься звонить Карине? Не Рубену?
– Телефон дай, а? Вот ведь любопытная какая!
Пришлось сходить на кухню за аппаратом. Подтаскивая за собой длиннющий шнур, я несла своего верного желтого громко дребезжащего приятеля Тае и думала на тему: интересно, нашли Мурзина или он так и лежит в заброшенном доме в позе звезды?
– Держи, – я поставила аппарат Тае на колени и уселась на диван рядом.
Сверяясь с визиткой, Тая накрутила номер и состряпала деловое лицо. Ой-ой-ой, какие мы важные! Откусив бутерброд, я уставилась в телевизор, надеясь уловить суть идущего кинофильма. Из прихожей притопал Лаврентий и полез в свою «будку» – под мой письменный стол.
– Алло, Карина? – деловито произнесла Тая в трубку. – Вечер добрый, это Тая. У меня вот какой вопрос назрел, вы говорили, что Рубен занимается ресторанным бизнесом? А вы не знаете, какими именно ресторанами он владеет? Да? Надо же… что вы говорите, как мило! И где все это находится? А сам он где чаще всего бывает? Ну так, чтобы нагрянуть сюрпризом, дождаться и поболтать в спокойной обстановке? Как-как? «Шахерезада»? А где это территориально? Да-да, записываю!
Тая усиленно помахала мне рукой, мол, а ну подайте-ка мне немедленно писчебумажные принадлежности! Я скоренько исполнила приказ вышестоящего начальства.
– Да-да, диктуйте!
Карина надиктовала, Тая записала и распрощалась.
– И где это? – сунула я любопытный нос в листок. – Метро Площадь Ильича… У-у-у-у, далековато.
– От твоего Выхина, дорогая моя, все на свете далековато. Значит так, Рубенчик владеет сетью летних кафешек на берегах московских и подмосковных водоемов, а так же тремя ресторанами «Шахерезада», «Нефертити» и «Саломея»…
– Иш ты!
– Не перебивай! Так вот, сам он частенько приезжает в «Шахерезаду», может в течение дня заскочить, может и не заскочить, а вот ближе к вечеру стабильно приезжает перекусить. Так что, завтра мы с тобой нарядимся и пошуршим перекусывать туда же. Как ты думаешь, что мне надеть?
О, извечный больной вопрос! Прямо таки кровоточащий вопросище! Когда Таисия Михайловна начинала готовиться к выходу в свет, она могла свести с ума всех без исключения в радиусе трех кварталов. В этом вопросе моя дорогая подруженька являлась большой мастерицей, прямо Марьей искусницей. Чтобы не истрепать себе остатки нервной системы непосредственно перед поездкой в ресторан, я елейным голоском предложила переворошить гардероб прямо сейчас. Чего откладывать столь увлекательное мероприятие, правда? Процесс пошел по четко отлаженной схеме: из недр шкафа и антресолей на пол вывалилась куча барахла, мы уселись на пол и принялись перекладывать тряпки с места на место.
– Интересно, нашли Мурзина? Наткнулся на него кто-нибудь? – я выудила свой любимый черный топик с надписью «Death», Тая тут же отобрала его и зашвырнула подальше.
– Да, мне тоже это интересно, так интересно, что хоть снова в Гжель поезжай. Слушай! А не позвонить ли нам Горбачеву?
– Зачем?
– У него полным полно связей, как мне кажется, во всех ментовках, он знает уйму следаков, уверена, ему не составит труда выяснить судьбу покойного.
– Неплохая мысль, – я посмотрела на часы, – Жаль, сейчас уже поздно.
– Завтра с утречка звякнем. Как тебе этот блузончик? – она продемонстрировала летнюю полупрозрачную рубашку.
– Ты в ней окоченеешь, не август месяц на дворе, выбери что-нибудь потеплее. Вот это, например, – я протянула ей красный свитерок с рюлексом, похоже, доставшийся мне еще от прабабушки. Я вообще редко выбрасываю вещи. А вдруг пригодятся.
