– Добравшись до Москвы, мы можем прямиком пойти в милицию и обо всем рассказать, – подала я голос и краем глаза заметила, как странно изменилось лицо Лёли при упоминании правоохранительных органов. – Маша, ты уверена, что некоторых девочек отправляют на панель?
– Да-да, – часто закивала она, – это так!
– Принуждение к занятию проституцией – этого уже достаточно, чтобы надавать ему по шапке. А потом вы найдете своих мужчин, они найдут деньги и расплатятся с Рубеном. Или не расплатятся, если его отправят за решетку. Как вам идея?
– Идея хороша, – сказала Лёля, – только как ее осуществить? Поселок находится далеко от любого населенного пункта, везде леса, мы заблудимся, даже если сумеем пройти через ворота и охранника.
– Да, это так, – Тая задумчиво посмотрела в телевизионный экран, где как раз шла реклама шампуни от перхоти. – Как вы думаете, девочки, симпатичный молодой человек или не очень?
– Который? – прищурилась Маша.
– Который перхоть изображает.
– Мозгляк в белом, што ли?
– Ну почему сразу мозгляк?! – возмутилась подруга. – Прямо слово еще такое подобрала!
Маша открыло было рот, видимо желая сказать что-то в свое оправдание, но Лёля не дала ей это сделать.
– Даже представить себе не могу, как мы это сделаем, – покачала она головой. – По-моему, сбежать не реально.
– Реально, девочка моя, реально, – Тая свысока поглядела на Лёлю. – Нет ничего невозможного при наличии у человека полноценного головного мозга. Просто надо как следует пошевелить извилинами и решение будет найдено.
К сожалению, пошевелить извилинами прямо сейчас нам не удалось, наступило обеденное время и громадная тетка в грязном халате приволокла поднос с тарелками горохового супа. На второе полагалась картошка пюре, две сосиски и стакан жидкого чая. После обеда нас с Таей отправили на кухню, а Лёля с Машей остались в качестве официанток. Заведение открылось, и вскоре народ пошел набивать животы.
До вечера нам пришлось мыть посуду, помогать на кухне печальному повару, и к закрытию ресторана мы так уработались, что еле копыта переставляли. Когда мы уже готовы были упасть и умереть, прибыла спасительная «Газель», нас забрали и повезли в поселок. Заползли в вагончик, выпили по глотку коньяка и рухнули на койки. С полчаса молчали, не было сил даже разговаривать, а потом Тая медленно произнесла:
– Выход у нас только один – бежать из Клина, там можно поймать машину, добраться до Москвы и там уже расплатиться с водителем. Я правильно понимаю, что ни у кого из нас нет денег?
Маша с Лёлей подтвердили ее правоту.
– А как же мы убежим из Клина? – Лёля натянула одеяло до самого подбородка, пытаясь согреться. – В ресторане мы под постоянным присмотром.
– Бежать надо не из ресторана, – Тая задумчиво созерцала облезлый деревянный потолок.
– А откуда ж? – удивилась Маша.
– К примеру, из больницы.
Тут уж настала моя очередь удивляться.
– Да, да, – судя по голосу, Таиска укреплялась в своей идее, – нам всем надо попасть в больницу, не станут же они приставлять к нам охрану. А уж из больницы удрать раз плюнуть.
– И как же мы сможем внезапно заболеть? – спросила я. – Да еще и все вместе?
– Первое, что приходит на ум – отравление.
– И чем же ты предлагаешь травиться? – малость напряглась Лёля. – Я не хочу есть всякую дрянь!
– А придется! – огрызнулась Тая. – Хочешь домой, будешь есть дрянь!
– Нет, а серьезно, – вмешалась я, – чем можно отравиться, так чтоб без серьезных последствий?
– К примеру, грибами, – глубокомысленно изрекла подруга. – На месте этого поселка тоже когда-то был лес, наверняка тут грибов навалом, найдем съедобные и слопаем сырыми пару штук.
– Я не хочу такие эксперименты над собой ставить! – фыркнула Лёля. – Это опасно!
– Опаснее оставаться здесь, – терпеливо ответила Тая. – Гораздо опаснее.
– Это почему еще?
– Я тебе попозже расскажу. А сейчас хорошенько подумайте, взвесьте и решите для себя, чего вы хотите: оставаться здесь или вернуться домой.
– Я домой хочу, – сказала Маша, – силы больше нету тут батрачить задарма. Я хоть грибов наемся, хоть какашек, лишь бы выбраться отсюда.
– Ладно, – нехотя изрекла Лёля, – я тоже с вами. Кто-нибудь в грибах разбирается? А то наедимся поганок и перетравимся до смерти.
– И я разбираюсь, и Сена, так что не боись, наберем правильных. Надо только встать пораньше и ненавязчиво так прогуляться вдоль забора.
На том и порешили.
Поднялись еще затемно, дождались, когда тьма тьмущая превратиться в сумерки, оделись и пошли «на дело». Как и предполагала Тая, вдоль сетки росли целые грибные плантации. Пришлось, конечно, кое-где подсвечивать мобильниками, но мы довольно быстро набрали сыроежек, опят и еще каких-то непонятных грибов, похожих на маслят. Пахли они вкусно, вид имели симпатичный и сомнения нас насчет съедобности не одолевали. Рубали грибочки прямо там, у забора, давились, плевались, но ели, вот так вот сильно нам на свободу хотелось. Затем запили свой варварский завтрак водицей из колодца и вернулись в вагончик.
– Кажется, меня уже тошнит, – сдавленно произнесла Лёля, держась за живот. – Какая гадость!
