Когда внутренние разногласия в «Berkeley Barb» привели к расколу среди его сотрудников, Фелсенштейн переходит в «The Tribe», где его ценят за обширные технические познания. Именно это обстоятельство не позволяет достаточно определенно назвать его должность: он совмещает обязанности коммерческого директора с функциями художника-дизайнера. «Поностальгировав по уходящей молодости», Ли возвращается в Ampex. Там в 1970 году он ввязывается в проект по разработке интерфейса для компьютера Data General Nova, и его мнение о компьютерах начинает меняться в лучшую сторону. Фелсенштейн к тому времени скопил немного денег, что позволяет ему продолжить обучение в университете в Беркли для получения диплома. В 1972 году новоиспеченный инженер и бывший бунтарь начинает работать в компании Resource One.
Эта компания сделала попытку унифицировать с помощью компьютера коммутационные сети в районе залива Сан-Франциско. В ней работали многие интересные личности из добровольного консалтингового агентства San Francisco Switchboard. Компанию им составили другие одержимые компьютерщики, покинувшие университет в Беркли в знак протеста против вторжения США в Камбоджу. Многие из них жили городской коммуной в заводском здании в Сан-Франциско, которая притягивала к себе других бунтарей типа Фелсенштейна.
У Resource One был большой компьютер XDS 940 стоимостью 120 тысяч долларов — напоминание о бесплодной попытке корпорации Xerox внедриться в авангард компьютерной промышленности. Фирма унаследовала его от Стэнфордского научно-исследовательского института, где он был частью Shakey — одного из первых роботов, управляемых компьютером. Фелсенштейн влился в ряды компании, став ярким представителем второго поколения ее работников. Он занял должность главного инженера, работавшего на компьютере, с жалованием 350 долларов в месяц и всеми прелестями той ответственности, которая этой должности сопутствовала. Работа не приносила ему особой радости, но он верил в проект. Позже он вспоминал о том, как его рассердили два выпускника университета в Беркли Чак Грант и Марк Гринберг, которые отказались предоставить ему компьютер для профилактического ремонта.
Время, проведенное в компании Resource One, способствовало сближению Фелсенштейна с калифорнийскими студентами и преподавателями, а также с разработчиками из других городов. Он посещает Исследовательский центр компании Xerox в Пало-Альто (PARC), где знакомится с изобретениями, которые потрясают его воображение. Однако его восхищает даже не их технологический уровень, а перспектива подчинения возможностей компьютера человеку.
Эта идея была достаточно популярной в районе залива Сан-Франциско. Она соответствовала духу времени и ожиданиям тех, кто подобно Фелсенштейну кое-что знал о компьютерах. Возмущаясь тем, что небывалые возможности умных машин узурпированы группой людей и ревниво ими оберегаются, эти энтузиасты предпринимали активные усилия по свержению монополии таких гигантов компьютерной промышленности, как IBM и другие компании. Они ставили своей целью разрушить компьютерный клан программистов, инженеров и операторов, контролировавших доступ к машинам.
По иронии судьбы многие из них были частью этого клана. Так Боб Альбрехт в 60-х годах ушел из Control Data Corporation из-за нежелания фирмы разрабатывать идею персонального компьютера. Вместе с друзьями он основал некоммерческую альтернативную образовательную организацию, названную Portola Institute, которая издала написанный Стюартом Брэндом «Всемирный каталог», где сделан акцент на доступе к инструментам. Это, в свою очередь, вдохновило Теда Нельсона, сына актрисы Селесты Холм, написать свою книгу, близкую по духу, но посвященную доступу к компьютерам. Задолго до появления Altair движение Нельсона Computer Lib провозгласило: «Теперь вы можете и должны понимать компьютеры!» Для тех, кто предвидел будущую компьютерную революцию, книга Нельсона стала ее «здравым смыслом».
