Элайджа одарил меня нежным взглядом, в котором читалось преклонение, и каждый нерв в моём теле тревожно завибрировал.
Он потянулся и сжал моё бедро:
— Всё, что ты делаешь, удивительно и идеально, и прошлая ночь была...
— Я не идеальна, — я слышала в своём голосе тревогу с примесью гнева.
Элайджа пожал плечами.
— Для меня — да. Ты прекрасна и совершенна, и тебе не нужно извиняться. Я не злюсь.
— Тебе стоит злиться, — медленно произнесла я. — Элайджа, я поступила нечестно по отношению к тебе. Я обещала помочь тебе найти девушку, а вместо этого я... я саботировала это.
Он снова пожал плечами:
— Меня не привлекает Наталья. Не беспокойся об этом.
— Не в этом дело.
Он дерзко ухмыльнулся мне:
— А в чём? Что ты находишь меня таким горячим, что не можешь устоять передо мной? Мия, я не хочу другую женщину. Ты идеальная женщина и...
— Прекрати! — вскрикнула я, и на этот раз моё гнев был очевиден. — Перестань говорить это!
— Говорить что? — прищурился Элайджа.
— Перестань говорить, что я идеальна! Что с тобой не так? Тебе следует злиться и быть расстроенным из-за того, что я сделала.
— Ну, это не так.
Я взмахнула руками:
— Элайджа, я не идеальна, и тебе нужно перестать так говорить. Нужно перестать верить в это.
Он упрямо посмотрел на меня:
— Что происходит? С каких пор говорить женщине комплименты — это плохо?
— Когда тебе говорят, что ты идеальна, это не комплимент, — огрызнулась я.
Его большая рука сжалась вокруг кофейной кружки, и вспышка гнева промелькнула на его лице. Он поставил кружку на тумбочку с резким стуком, кофе выплеснулся через край.
— Я не понимаю, чего ты от меня хочешь, Мия.
— Хочу, чтобы ты перестал думать, что я идеальна!
Теперь я почти кричала и попыталась сделать глубокий вдох, чтобы просто немного остыть, чёрт возьми. Это не помогло. Элайджа, ведущий себя, как Филип, — это было больше, чем я могла вынести. Не сейчас, когда я влю...
«Нет! Не произноси этого, девочка!»
— Серьёзно? Ты хочешь, чтобы я перестал делать тебе комплименты? Боже... — Элайджа провел рукой по своим густым волосам. — Я ничего не могу сделать правильно, да, Мия? Неважно, что я делаю или что говорю, это всегда неправильно. Почему ты вообще согласилась переспать со мной?
— Потому что я...
Я сжала губы, ощущая подкатывающую тошноту, когда Элайджа горько рассмеялся.
— Точно. Потому что тебя достал зуд, и его нужно было унять. Это всё, да ведь? Я достаточно хорош, чтобы трахаться, но недостаточно хорош, чтобы встречаться со мной.
— Нет! Это вовсе не так! Элайджа, я просто... я не хочу, чтобы ты думал, что я идеальна. Хорошо? Мне нужно, чтобы ты...
— Отлично. Я не думаю, что ты идеальна. Счастлива?
— Мне жаль.
— Не надо. Я не хочу и не нуждаюсь в твоей жалости. Спасибо, что научила меня трахаться, но думаю, с меня достаточно.
Я уставилась на него.
— Послушай, я не прошу о многом. Пойми, я не так идеальна, как ты думаешь. Я не говорю, что хочу прекратить то, что между нами, на самом деле, думала, может быть, мы могли бы попробовать встре...
— Я хочу прекратить, — сказал Элайджа.
Я с трудом сглотнула:
— Ч-Что?
— Я хочу прекратить, — повторил он. — Мне не нужны больше уроки, и я сам могу найти подружку. Кого-то, кто захочет большего, чем унять зуд.
Я сморгнула слезы и прочистила горло.
— Элайджа, я...
— Не могла бы ты уйти, Мия? Я устал и мне больше нечего сказать. Как-нибудь увидимся.
Он уставился куда-то поверх моего плеча, его лицо было замкнутым и отстраненным.
Слёзы потекли по моему лицу, я развернулась и практически выбежала в дверь.
* * *
Я стояла на подъездной дорожке у дома Наны, уставившись на свои руки. Прошло три дня с моей ссоры с Элайджей, и всё это время я не выходила из дома. Завтра мне нужно на работу, и я уже боюсь этого. Если случится несчастный случай, и увижу Элайджу на месте происшествия, не знаю, как отреагирую. Моё первое предположение — разрыдаюсь.
Я вздохнула и поплелась к входной двери. Я и сегодня не хотела выходить из дома, но Нана позвонила и настояла, чтобы я пришла сегодня после обеда. Не в силах придумать причину, почему не смогу, затащила свою жалкую задницу в душ, собрала волосы в пучок, надела наименее грязные леггинсы и футболку и приехала сюда.
Я поднялась по ступенькам и постучала в дверь, прежде чем войти. В доме Наны пахло точно так же, как и всегда, тёплыми булочками с корицей и яблоками с карамелью, но даже знакомый запах не мог развеять мою депрессию.
— Нана? — Я повесила куртку в шкаф и сняла ботинки. — Я здесь. Зачем ты попросила меня припарковаться дальше по улице? Я думала, подъездную дорожку не начнут ремонтировать до следующей недели.
— Я на кухне, милая.
Я прошла на кухню.
— Зачем ты меня звала? Я не могу остаться надолго. Мне жаль, но я... Изабель? Вайят? Что вы здесь делаете?
Я в замешательстве уставилась на свою лучшую подругу и кузена, сидящих за столом с Наной. Перед ними стояла тарелка печенья, Вайят схватил печенюшку и жевал её, пока я продолжала пялиться на них.
— Садись, Мия, — сказала Изабель.
— Что происходит?
