— Итак, наш Город, Primus terminus ad Mortem, является своеобразным миром для нас. Так как дементоров гораздо меньше, чем маглов или магов, мы прекрасно умещаемся в одном населенном пункте. Я не знаю, как описать тебе окружающую обстановку, но скажу одно, там удивительная природа и сумасшедшее смешение стилей. У нас есть Повелитель — наместник Тьмы, он номинальный глава и все, что он делает, это проводит ритуалы рождения, вхождения в семью, открывает торжественные балы. Если у магов и маглов правители, короли, министры созданы, чтобы контролировать деятельность граждан, управлять некими сферами жизни, то там, он, скорее, просто приглядывает за нами.
— А какой он из себя этот Повелитель? Почему вы выбираете его?
— Мортимер, его так зовут, наверно, самый мудрый, а потому могущественный дементор. Он очень часто общается с самой Тьмой, поэтому и является указующим воли Смерти. Если хочешь, я потом попробую показать свои воспоминания в думосборе. Я знаю, что насильно их никто не просмотрит, но если добровольно… Я попытаюсь, чтобы ты почувствовала это на себе.
— Я надеюсь, Гарри, что с тобой ничего страшного не случилось. Просто, если честно, сейчас тебя не отличить от взрослого мага. Ты видел наших школьников? Они же дети. Даже старшекурсники и то некоторые выглядят моложе тебя. Ты такой серьезный, сильный и красивый. Чем ты вообще там занимался?
— Ты насчет внешности? Ничего особенного. Янис, он же Фахт, и Райордан — Сссхаш, учили меня как быть настоящим дементором. С Янисом я тренировался в физическом плане, а вот Райордан, — это имя юноша произнес настолько мечтательным голосом, что Гермиона укрепилась в своих подозрениях о чем-то необычном, случившимся с Бастианом, — с ним мы занимались ментальными науками.
— Итак, мой лучший друг что-то скрывает от меня? — спросила Гермиона, удобнее устроившись на мягком диванчике. Все-таки она была прежде всего чуткой девушкой. — Кто такой наш Раайордаан? — это имя она, передразнив Гарри, произнесла мечтательным голосом.
— Ох, он, он мой наставник. Тот, с кем я впервые заговорил. Он обучал меня здесь, пока я еще не побывал в Городе.
— И только лишь? Темнишь ты, Гарри, я же все вижу. Давай, расскажи мне все.
— Хорошо. Он мне нравится, даже очень. Как мужчина. Я ему тоже, но мы решили подождать. Он сказал, чтобы я пожил в свое удовольствие, и только потом, когда я устану от земной жизни, мы будем вместе.
— Это так романтично, Гарри! Так здорово, что ваши чувства взаимны. Я одинаково ровно смотрю на разные проявления любви. Если ты будешь счастлив с ним, если ты хочешь этого, то кто мы такие, чтобы запрещать тебе? Однако я просто обязана посмотреть на него. Это просто преступление, если ты мне не покажешь абсолютно все. Я знаю, что довольно надоедливая особа и иногда лезу не в свое дело, но мне так хочется узнать побольше о своем лучшем друге.
— Не переживай, Герми, я обязательно тебе покажу. А теперь расскажи, как твои дела. Рон не обижает тебя? Я слышал в твоем голосе грусть.
— Ох, Гарри, — глаза гриффиндорки вмиг наполнились слезами, и она обняла своего друга, — ты просто не представляешь, как без тебя одиноко. Рон, если бы только он! Как ты знаешь, я была в Болгарии у Виктора. И… знаешь почему мы только друзья? Потому что я сама оттолкнула его. Я думала, что если он останется привязан ко мне, то мы точно не сможем быть вместе. А теперь он встречается с другими девушками, а я смотрю на него, и на сердце становится больно. Когда я приехала сюда, появился Рон. Знаешь, он не плохой парень. Конечно, у всех есть свои заморочки, даже у него. Я видела, как Рон смотрит на меня и подумала, что он станет отличной заменой Вику, а оказалось все не так. Мы начали встречаться, даже поцеловались несколько раз, — на этих словах девушка покраснела, но увидев, что Гарри ее внимательно слушает, продолжила: — Потом начался квиддич, как ты, наверное, уже знаешь, Рон стал новым вратарем, и у него нашлась поклонница. Лаванда Браун, его новая девушка. И ладно бы, если только это, но он даже не предупредил меня, что мы расстаемся. Просто в один случайный день я застукала их целующимися в гостиной и все. Теперь он везде ходит со своей Лав-Лав. Только тогда я поняла, что зря пыталась заменить им Виктора. Пусть тот неуклюжий, угрюмый, сутулый, но он все равно родной. И знаешь что? Я как собака на сене. Мне самой противно от себя. Отпустила Виктора, теперь жалею об этом. Приняла Рона, мы расстались, и я вновь жалею об этом. Я не знаю, что мне делать. Мне так не хватает тебя.
