Уоууу! Мёд мне в рот! Что происходит? Я запнулся на полушаге и опёрся рукой о стену яруса. Нахлынувшее внезапно блаженство охватило всё мое существо. Настоящий оргазм! Просто слов нет. Колени подогнулись и я уселся на лавку. Что со мной? Попытался прислушаться к себе, но всё уже кончилось. Вот это глюкануло так глюкануло. Медленно поднялся. Сердце колотится, воздуха не хватает. Продышаться скорее. У меня тут бой рядом идёт.
– Ступень что ли поймал?
Тайре протягивала мне клевец.
– Есть такое, – выдохнул я, наконец догнав, что сейчас произошло.
– Поздравляю, старший брат! – отсалютовал мне вскинутым вверх оружием Рагнар. – Мы с сестрой тоже поднялись.
– Потом! – тряхнула слипшимися волосами Тайре. – Давайте наверх! Там жарко!
Мы дружно прыгнули на следующий ярус и устремились ещё выше, к краю стены, где продолжалось сражение. Наставник, Грай и ещё пара подоспевших скоростников рубились с очередным гломом. Пока первый богомол-переросток наводил шухер, второй вместе с мурами забрался наверх по конечности длиннонога.
Но этому было уже не в пример тяжелее. Его встретили сразу несколько сильных противников, и он явно проигрывал бой. Не успели мы подняться, как пронзённый в трёх местах сект был сброшен со стены удачно метнувшим воздушный кулак пареньком в синем тоху. Муров попутно перебили чуть раньше, так что нам оставалось только одно.
– Рубим сраную ногу!
Крикнул, забыв, что на шурсе мои слова один хрен никто не поймёт, и бросился к чёрной лапе паука, продолжавшей скрести когтями-зацепами камень настила, перекинувшись через защитный бордюр. Сходу всадил жала обоих клевцов в хитиновую броню и только затем метнул взгляд за стену.
Что за бля! Почему же мне так не везет?! Прямо на меня пялились буркалы третьего глома. До чудища каких-то три метра. Не успею! Ничего не успею! Сейчас кинется!
Но только я собрался на остатках маны опять превратиться в статую, как левый бок обожгло промчавшимся мимо шаром. Огненная сфера размером с футбольный мяч врезалась в ногу паука перед самым носом у отпрянувшего назад богомола. Чёрная конечность на участке длиной в пару метров занялась пламенем и задёргалась, словно пытаясь его стряхнуть. Ползшие следом за гломом муры начали падать вниз. Сам же зелёный врубил задний ход, отступая к мохнатому телу паука.
– Не смей дохнуть, Рэ! – рявкнула на меня Тола, хватая за складки тоху и притягивая к себе. – Я же люблю тебя, душегуба проклятого! Не смей! Слышишь, не смей!
И столько искренности было в её глазах и словах, что я не стерпел. Резко обнял её, не выпуская из рук клевцы, прижал к себе и прошептал в ухо:
– Всё будет хорошо, девочка моя. Всё будет хорошо, – и быстро чмокнув в висок, добавил: – Не переживай. Меня сложно убить. Иди к брату.
Разжал объятия, отстранил от себя пустившую слезы девушку и, отвернувшись от Толы, врубился в лапу длиннонога, которую уже вовсю кромсали Рангар с Тайре. Когда секунд через десять мы, наконец, справились с чёрным бревном – работать-то приходилось без шурса – сестры Ферца уже не было рядом.
Сбежала. И явно не из-за моего наставления – топать к брату. Испугалась, что эмоции схлынут и я посмеюсь над её откровенностью. Выдавленное адреналином боя признание в любви – в её понимании слабость. Слёзы – тем более. Рейсан точно не оценит подобное. Но я-то не он! Меня проняло. Вот оно что, Петрович. Тут дело не только в сексе и социальном статусе, что даёт звание девушки Рэ. Реально влюбилась. А я? Я что чувствую?
– Ладно, Рей, мы обратно по местам. Вигел вон уже машет.
Тайре, если и слышала слова Толы, то сочла время не подходящим для стёба. Спасибо ей. Брат тем более молчит. Но у Рангара в такие моменты всегда язык в жопе. Со мной он шутить не будет.
– Ресурс-то остался? – недоверчиво прищурившись, поинтересовался я. Если нет, так и нехрен куда-то идти. Пусть берут арбалеты и топчутся рядом со мной – прикрывать буду. Не хочется их потерять. Привязаться к обоим успел. Хоть ребята и с дерьмицом, а всё-таки моя родня. Других сестры с братом у меня нет.
– На один удар приберёг капельку, – улыбнулся Рангар.
– А я даже на парочку, – похвасталась Тайре. – Только манника надо по дороге поймать.
– Тогда чешите, пока затишье. Будем надеяться, не пригодитесь уже. Вроде отбились.
