Я уничтожил клан маркизов, от моих рук погибла герцогиня, мне хочет отомстить князь, за мной охотятся люди из королевского дворца, мной заинтересовалась империя. Теперь единственная возможность выжить -- бегство в дикие земли, лишённые божественного покровительства, полные страшных монстров. Но я совершенно спокоен и это чудовищам следует опасаться меня. Потому что, чтобы стать сильнее, вернуться и отомстить, я обязательно СОЖРУ ИХ ВСЕХ!
В углублении, напоминающем суповую тарелку, лежало, немного пульсируя, нечто напоминающее пудинг или холодец, если бы его готовил в край поехавший извращенец. И оно совершенно точно было живое.
Мягкое даже на вид, желеподобное тело метра четыре в ширину, возвышалось метра на полтора над полом. С учётом глубины тарелки, «росту» в этом существе было что-то около двух с половиной метров. И от того было только противнее осознание, что когда-то это нечто определённо было человеком.
Голая, полностью лишённая волос кожа лежала множеством складок, источая едко пахнущий пот. Рук у твари не было, ноги, если и были, скрывались глубоко под слоями жира, однако голова имелась. Даже лицо, густо заплывшее жиром, так что с трудом можно было узнать человеческие черты, было на месте, в отличие от многих поглотителей, что я видел до сих пор.
А это определённо был поглотитель. Я не чувствовал его, находясь наверну, в доме, но сейчас, оказавшись в паре метров от твари, её аура почти что ударила мне в лицо. Аура, мощнее которой я ещё никогда не ощущал.
Куда там великану из зверинца и поглотителю-мимику. Эта тварь, несмотря на свой совершенно беспомощный вид, казалась в десятки раз сильнее их обоих вместе взятых.
И то, что я увидел у неё внутри, лишь подтверждало это впечатление. Количество «сердец» превысило две сотни, однако это было только начало.
В телах обычных поглотителей «сердца» были концентрированными сгустками энергии. В теле этой твари десятки «сердец», распределённых по телу, были связаны между собой тонкими нитями, будто бисеринки на ожерелье. И по этим нитям, как электрические импульсы по нервной системе, от «сердца» к «сердцу» перемещались небольшие сполохи энергии.
Это сравнение пришло мне в голову как-то интуитивно. Однако почти сразу затем откуда-то из глубин подсознание пришло понимание: это не просто аналогия. Нити, которые я видел, и правда формировали из «сердец» твари подобие нервной системы.
Этот поглотитель начал развиваться не только за счёт увеличения количества «сердец». Он будто бы эволюционировал и одним только сумасшедшим учёным из империи было известно, к чему в итоге должна была привести эта эволюция.
Потому что позволять этому монстру существовать ещё хотя бы пятнадцать минут я не собирался. Плевать на преследовавших меня Самдаль и Тхалса. Я должен был уничтожить эту мерзкую тварь. Не могло в мире существовать чего-то подобного, и втройне отвратительно мне было потому, что в нас с ней текла одна и та же сила.
Вот только когда я вскочил и уже собирался броситься на жировую массу и разорвать её на тысячи мельчайших частичек, вдруг ощутил непреодолимую силу, обрушившуюся на меня.
Ощущение было такое, будто на плечи положили гору. Я вновь рухнул на землю, с трудом хватая ртом воздух и недоумевая, почему подо мной до сих пор не проломился пол и я не отправился в прямое путешествие к центру планеты.
Осознание пришло только через пару секунд, когда за моей спиной с лестницы сошли преследовавшие меня бойцы Самдаль, как ни в чём не бывало начав брать меня в кольцо. Рухнувшая на меня тяжесть не была настоящей, и это не была какая-то магия.
Всё происходило исключительно в моей голове, это было нечто сродни гипнозу, не более того. Однако иллюзия была настолько реалистичной, что даже моё тело поверило в неё, начав буквально выть от невыносимой боли. И хуже всего было то, что от осознания нереальности происходящего иллюзия не распалась.
Наоборот, к фантомной горе на плечах прибавилось воздействие совершенно иного рода. То самое подавление, что я ощутил когда-то от поглотителя-мимика. Естественная оторопь слабой особи перед сильной, в данном случае — низшего поглотителя перед высшим.
И не удивительно, на самом деле. Ведь, если замеченное мной удвоение количества «сердец» с каждой эволюцией действительно было правилом, то это желеобразное нечто находилось даже не на пятой, а на шестой эволюции.
Я всем своим естеством ощущал отвратительное желание преклониться перед этой мерзостью, присягнуть ей на верность и начать служить ей самозабвенно и искренне, забыв обо всём остальном. А потом сверху на это желание наложился ещё и ментальный приказ подчиниться, пришедший от той же силы, что держала моё тело на земле и не давала подняться.
Не было сомнений: именно этот приказ сделал из маркиза Вирго тупую безэмоциональную куклу, никак не отреагировавшую на смерть сына. И все бойцы Самдаль, с кем я сражался, теперь без единого слова окружившие меня и жирового монстра двумя плотными кольцами, наверняка тоже это испытали. Слишком уж спокойно они отнеслись к этой заплывшей жиром твари.
Впрочем, мысли об этом, вспыхнув на мгновение, тут же испарились, вытесненные заливавшим сознание настойчивым приказом подчиниться. Был бы это только ментальный приказ — я бы не без труда, но выдержал.
