Пожиратели полностью

— Да-да, отлично. Возможно, это не так важно, но тем не менее. У нас тут есть один человек, которого привезли в субботу в больницу Вестероса с огнестрельными ранениями.

— Вот как? — Рикард подумал, что нет смысла изображать, будто он в курсе.

— Понимаю, что у вас есть дела посерьезнее. Поэтому и звоню. Пару дней назад у нас прошло региональное совещание, и зашла речь об этих снайперах в Кунгстредсгордене.

Рикард с изумлением слушал коллегу. Кунгстредгорден явно далеко за пределами его юрисдикции.

— Не так много у нас было перестрелок в последние десять лет. А это дело очень необычное. Мужчина средних лет. Никакого криминального прошлого. Финансовая ситуация стабильная. Не наркоман. Тем не менее ему прострелили оба колена. Чисто бандитской стиль — когда хотят нанести весомый ущерб, не убивая.

— Но зачем?

— Месть? Угроза? Неоплаченный долг? Мы не знаем. Пострадавший — Гуннар Графберг — молчит как рыба. Явно чего-то боится. Если бы нам не сообщили из больницы, он сам точно бы ничего не сказал. Хотя теперь ходит на костылях и никогда больше не сможет ходить нормально. — Эскиль закашлялся. — Мы потратили немало времени на проверку прошлого этого самого Графберга. Нашли много сомнительных дел, но ничего конкретного. Излишняя прибыль от внешне простых продаж недвижимости, креативная бухгалтерия и всякое такое. То, что на грани закона. Налогов почти не платит. Несимпатичный тип, но ничего противозаконного. Таких немало.

Рикард ощутил нетерпение. Часы тикали — в самом прямом смысле.

— Так какое отношение он имеет к SEB?

— Там работает его финансовый консультант. Все сделки совершались во взаимодействии с ним, а прибыль размещал сектор директорских инвестиций SEB. Некто Мартин Гренфорс. Это ведь один из погибших от рук снайперов?

Рикард едва смог произнести слово.

— Да.

— Графберг все это время получал морфин и находился в тумане. Но вчера он вдруг сам проявился. Прочел про расстрел перед зданием SEB в какой-то статье в интернете и узнал, что Гренфорс — в числе погибших. Так вот, Графберг сильно струсил. Требует защиты. Утверждает, что тот же человек, который расстрелял народ перед SEB, может вернуться обратно в Вестерос, чтобы закончить дело, которое началось с того, что ему прострелили колени.

— Он знает, кто этот человек?

— Нет, на этот вопрос он не мог ответить. Или не решается. На мужике были кепка и солнцезащитные очки. Светловолосый, но говорил с легким американским акцентом. Если, конечно, не притворялся.

— Стало быть, совсем не тот человек, которого ты видел на фотороботе?

— Я показал фоторобот Графбергу. Но нет, тот был не восточной внешности. Никаких следов на вилле Графберга обнаружить не удалось. Так что я еще раз проверил, что у нас на него есть. В глаза мне бросилась последняя сделка, которую он провернул вместе с Гренфорсом. Выкуп дома в Стокгольме с превращением квартир в собственность. Многие пострадали. Но более всего это ударило по Адольфу Бергшё. Тому пришлось съехать с квартиры, а вскоре он умер. Вы проверили его родственников?

Рикард поспешил поблагодарить за помощь и положил трубку. Выругался себе под нос.

Бергшё.

Отсутствующее звено.

Мотивы к убийству Гренфорса. Но у Юнгберга не было на него ничего конкретного. Ничто не указывало на то, что именно покойный Адольф Бергшё стал причиной того, что кто-то убил Гренфорса, похитил Пролига и подстрелил Графберга. Но, похоже, дело обстоит именно так. Родственник или друг, решивший отомстить за несправедливость по отношению к Адольфу Бергшё. Рикард быстро нашел в мобильном номер Беатрис. Возможно, у нее или Линн есть что-то на родственников Бергшё. На это и нужно бросить сейчас все ресурсы. Пока не вышло время. Он покосился на мобильный телефон.

Остался час.

Сигналы улетали в пустоту. Ответа нет. В дверь постучали. Он кивнул Севиньи, стоявшей по другую сторону стеклянной двери. Она приоткрыла дверь и заглянула внутрь.

— Я пыталась переключить на тебя, но у тебя было занято. Звонили из налогового управления, искали Беатрис. — Она протянула ему написанную от руки бумажку. — А я не могу до нее дозвониться. Она попросила отдел переписи населения отследить одного человека, который, судя по всему, сменил фамилию. Это заняло некоторое время, но сейчас они его нашли. Я все записала.

Рикард схватил бумажку и прочел.

«Адольф Бергшё. Умер. Единственные родственники: дочь Анн-Кристин Гарретт, уроженная Бергшё. Сын Юаким Бергшё».

Бумажка задрожала у него в руке.

«Юаким Бергшё подал запрос на изменение фамилии в январе. Запрос удовлетворен. Новая фамилия: Юаким Риджлейк».

Протиснувшись мимо пораженной Севиньи, он кинулся к лифту, набирая на ходу телефон Самана.