Подкравшись к опушке, венчающей начало густого леса, Натаниэль осмотрелся. Действительно, в центре горел большой костер. Над нам висел толстый черный котел, в котором что-то настойчиво булькало. Так как к смраду болот сын губернатора уже более или менее привык, и будто даже забыл иные более приятные запахи, – аромат наваристого мясного бульона заставил его желудок издать требовательное урчание, а рот наполнится слюной. Перспектива отведать горячего ужина настолько привлекала, что юноша убедил себя – ему ничего не угрожает, если следовать наставлениям Некрис.
У костра полулежал молодой мужчина с аккуратной бородой. Бережно сжимая в руках изящную лютню, он перебирал струны и мечтательно смотрел в костер. Рядом с ним, орудуя ножом, на пеньке сидел юноша немногим старше Натаниэля. Он заострял ветки, превращая их в шпажки, а корзинка с грибами намекала, что мясной похлебкой ужин не ограничится. «В конце концов я тоже путник и человек, почему бы им не проявить дружелюбие?» – подумал Натаниэль и шагнул навстречу незнакомцам.
– Доброй ночи, путники. – на всякий случай юноша поднял руки вверх.
Предосторожность оказалась не лишней, оба мужчины вскочили и уставились на Натаниэля. Тот, что был с ножом, ловко перебросил клинок так, чтобы он больше не был бытовым предметом, но вполне мог стать оружием.
– Я не хотел вас пугать. Я только вышел с болот и… – Натаниэль задумался, стоило ли сразу врать этим людям, или начать с правды. Второе пересилило. – …вот. – он поднял ногу без ботинка, демонстрируя грязный носок.
Мужчины переглянулись. Их враждебный взгляд сменился любопытством, стоило им разглядеть ногу Натаниэля. А вышедший из леса незнакомец с охапкой веток, очевидно третий в их группе, усилил численное превосходство и еще более успокоил. У появившегося последним, через всю щеку тянулся глубокий уродливый шрам. Он был самый небритый и заросший, а еще самый широкоплечий и мускулистый. Видимо, он отвечал за грубую силу в этой команде, поэтому двое у костра расслабились, стоило тому появиться.
Мужчина с лютней рассмеялся:
– Может показаться, что тебе не повезло, но остаться без сапога на болотах Зеленой Теневой Пасти – меньшее из зол.
Натаниэль улыбнулся:
– Можете мне не рассказывать, я такое там видел!
Самый молодой юноша с ножом, поднял с земли оброненную ветку. Проверив остроту наконечника, он сел назад на пенек и продолжил срезать стружку:
– Ты один путешествуешь?
«Все-таки придется лгать» – расстроился Натаниэль:
– Нет. – он постарался придать голосу тревоги. – Нас было трое, но мы потеряли друг друга в тумане.
– Вот ведь дьявол. – протянул тот, что с ножом.
– Плохо дело. – подхватил волосатый со шрамом, бросая ветки рядом с костром.
– Да ты подходи поближе, погрейся. – засуетился тот, что с лютней. – Меня зовут Винай. Это – он указал на парня с ножом. – Патрик. А за спиной наш силач Труба.
– Труба? – переспросил Натаниэль, удивляясь и садясь рядом с костром недалеко от Виная.
– Да, это прозвище. – хихикнул Патрик. – Но Труба не в ладах с законом, поэтому лучше его настоящего имени не называть. Так ему спокойней, а если Трубе в твоем присутствии спокойно, то и тебе нервничать не приходится. – он снова хихикнул, но теперь вместе с Трубой.
– А тебя как звать? – не переставая перебирать струны и не поднимая головы, будто между делом бросил Винай.
– А, я Натаниэль. Приятно. – он проследил взглядом за Трубой, который шумно сел у него за спиной.
– Куда путь держишь, Натаниэль? Имя у тебя какое-то непростое.
– Мама назвала в честь губернаторского сынка, с которым мы в один день родились. Надеялась, что это поможет в жизни.
Натаниэль очень плохо врал, – так ему постоянно говорил отец. В политике, по его мнению, это был обязательный навык. И как следствие, нежелание и неумение обманывать стало для младшего сына губернатора причиной, почему он ни к какой политике и близко подходить не хотел. И тем не менее, выдавать полуправду, в которую он сам верил, Натаниэль умел с детства. Вот и сейчас этот навык пригодился. Как только новые знакомые услышали объяснение парня, то все трое ехидно заулыбались, догадываясь, что сердобольная мамаша только усложнила жизнь пареньку, давая такое вычурное имечко.
А вот над причиной своего пребывания в этом лесу, Натаниэль крепко призадумался. И не только сейчас, он думал с тех самых пор, как увидел глубокий шрам Трубы и ловкое умение пользоваться ножом Патрика. Ни за какого травника-контрабандиста он выдавать себя не собирался. Он ромашку от маргаритки не отличит, а в Тенистом лесу человеческих трав и не встретишь, наверное. Нет. Он не мог быть травником и контрабандист из него, как танцовщица из Трубы… Нужно было что-то достоверное. Натаниэль вовремя смекнул, что его опять сможет выручить недосказанность и намеки.
– А путь я держу не куда, а к кому. – поймав заинтересованные взгляды, сын губернатора продолжил. – Я ищу лекаря для очень влиятельного человека в Пяти Озерах.
– Здесь? – удивился Винай.
