Пожиратели миров полностью

Доброго времени суток! Спасибо, что решили уделить время данному труду. Я очень этому рад. Это мой первый выпущенный труд, прошу отнестись к нему максимально критично. Надеюсь, он вам понравится. Приятного чтения!

– Солнце светит прямо в глаз! Ёбанный блядь пидарас! Именно такие мысли у меня возникли, когда я проснулся под деревом вишни. Я спал достаточно долго, солнце уже успело сместиться и теперь светило мне своими весенними лучами прямо в глаза.

– О, проснулся! Я уж думал без тебя уйдём.

– Размечтались. Фыркнул я, садясь и принимая из рук сидящего рядом флягу с водой. Жадно отпив несколько глотков, я вернул её худощавому парню, в лёгких кожаных доспехах, в таких же, как и у меня.

– Ну что там? Ремонт закончен? Хрустя костями всего тела, от потягивания, без интереса спросил я.

– Да какой там, на телеге не просто колесо отпало, там ось сломалась, чинили – чинили, да толку никакого, все три телеги знатно перегружены поэтому сейчас активно забиваются заплечные мешки для всех носильщиков. Остаток пути придётся им нести груз на себе.

– Ха! Вот идиот этот Курим! Ещё в городе сказали ему, что нужна ещё одна телега, на трёх не довезём.

От негодования я даже по ноге себя шлёпнул, да так, что сквозь кожаную накладку почувствовал.

– Ай!

Затряс я ушибленной ладонью.

– Да, я того же мнения, прицепляя флягу к поясу кивнул мой собеседник. Носильщики злые ходят, недовольные, и косо просматривают на нас охранников, чтобы мы тоже потащили, часть груза.

– Ага щас! Нам за это не доплатят, да и вдруг кто-то нападёт? Это хоть и главный тракт, но места тут ещё относительно дикие и всякое бывает.

– Эй вы там! Хорош прохлаждаться, мы выдвигается, догоняйте!

Голос, звавший нас, принадлежал торговцу Куриму, на которого я в последние несколько месяцев работал.

– Пойдём.

Мой собеседник поднялся на ноги.

– А то и в правду уйдут.

– Пойдём.

Неохотно согласился я и тоже встал. Поправил небольшой круглый щит, закреплённый на левом предплечье, в правую руку, своё любимое короткое копьё, деревянная рукоятка которого, так привычно легла в ладонь. И мы вышли из-за небольшого холма с обратной стороны от дороги, которого мы и сидели, уже не под тенью вишен, растущих на нём. Вид с него был не очень, так как тракт в этом месте поворачивал, а местность была холмистая с растущей на ней вишнёвым деревьями. Единственное, что было хорошо видно, так это телегу, валявшуюся на краю дороги, ещё две запряжённые, какими-то, больно худыми лошадьми. Курима, сидевшего на такой же, видимо пересел на ту, что распрягли из сломанной и шесть носильщиков. На них было жалко смотреть. У каждого за спиной был огромный мешок с лямками по размерам, превышающим их раза в два, а то и в три.

– И как они на ногах то стоят? А им ещё до города идти, как минимум день, а то и два.

– Да жалко их конечно, но у каждого из нас своя работа.

Пожав плечами, высказался мой коллега.

И мы пошли по тракту дальше, уже новым строем. Впереди телега, рядом с ней по бокам двое охранников, потом Курим на лошади, за ним шесть носильщиков навьюченных словно волы, по бокам от которых шли я и мой разговорчивый коллега, а сзади ещё одна повозка тоже с охранниками по бокам. Немного странное построение, но Курим сказал, что так надо. Первая повозка задаёт темп, он за ней прикрыт от нападений и может легко командовать. За ним идут носильщики, которым приходится поддерживать общий темп, так как позади них идёт ещё одна повозка, и они же не хотят, чтобы их конь начал топтать. Как не посмотри, а мыслит он здраво, и так из-за поломки потратили много времени, так ещё бы и растянулись неизвестно на сколько, пусти мы грузчиков в конце, и охранять их было бы трудно. Да и первыми тоже не пустишь, скорость тогда будет медленнее черепахи, а время деньги. Но парней жалко, идут под палящим солнцем, нагруженные явно сверх меры, так ещё и за эту переработку им явно не доплатят.

После примерно двух часов такой ходьбы. Курим, скомандовал привал. От этих слов, носильщики попадали прям, где стояли, при этом содержимое их мешков не издало ни звука при падении на землю. И тут мне стало любопытно, а что же такое мы охраняем? За те несколько месяцев, что я работаю на этого, торговца, я ни разу не поинтересовался, содержимым повозок. Да и продавал он свой товар странно, не на рынках как все, а в каких-то подворотнях на непонятные склады мы это дело сгружали, после чего день другой гуляли по городу, а потом снова на каких-то складах, в мутных районах, снова загружали товар и отправлялись в путь. При этом сколько проверок груза на контрабанду мы не проходили, ни разу не было вопросов к грузу.

– Надо будет, при удобном случае, спросить у Курима, что же я охраняю. Надеюсь, это будет, что-то по серьёзнее, чем какое-нибудь зерно, или что-то в этом роде.

Решил я, садясь на траву шепча это себе под нос и принимая из рук разговорчивого флягу.

– Жарко!

С резким выдохом сказал он.