Пожиратели облаков полностью

Два года назад, когда Марк впервые ступил под сень того, что в ту пору казалось вполне себе прибыльной славой; когда в ушах у него явственно раздавался глас Вселенной: «Эй Марк, ты можешь теперь достойно позаботиться о своей матери, которая столько сил положила на тебя», он матери кое-что пообещал. Обещания были следующие: менее токсичный дом, обязательно с двориком; машину, а не рухлядь, что все время ломается; реального доктора, как только в нем возникает надобность.

Но обещания обещаниями, а если в скором будущем не предвидится прибыльных тренингов или иного источника дохода, то в следующем месяце придется объявить, что машиной придется поступиться, так как деньги за нее понадобится направить на подпитку охраны здоровья (тоже мне «охрана»; больше смахивает на ограбление – за просрочку со страховым взносом будь добр отдай фирме две тысячи). Программа страхования называлась «Здоровый выбор» – похоже на бренд каких-нибудь сухих завтраков, хотя уместней ей было бы называться «Абстрактные гарантии». Из всей присланной ему беллетристики Марк не понял ни слова, а матери сказал: «Мам, не переживай. Просто пересылай все те бумаги ко мне». Вот так оно было год назад.

Безусловно, страхование здоровья сейчас превосходит по значимости машину. Мозг мамы начинал претерпевать изменения; это выяснилось на первоначальных тестах, в ходе которых проверялось, помнит ли она маршрут движения к месту работы, где проработала пятнадцать лет. Вопрос, разумеется, тонкий, когда предметы домашнего обихода начинают представлять собой угрозу, норовя покалечить, а партнер по бриджу безжалостно тебя сливает (даже при полной проплате золотой карточки «Здорового выбора»). Кто знает, сколько денег предстоит попутно вбухать, когда мозг человека соскальзывает с Берегов Здравого Ума в Реку Слабоумия?

Может статься, что и этот день увенчается не созданием нетленки, а унынием и безнадегой длиной в несколько часов бесцельного шатания, а затем тяжелыми минутами сидения за компьютером с целью выжать из себя хоть что-нибудь. Оживление вносил лишь сигнал будильника в пять вечера, с последующим отвинчиванием крышки на бутылке джина. В эти минуты Марк стоял у окна, созерцая вид Нью-Йоркской бухты и Нижнего Манхэттена, теша себя иллюзиями, что будет, если его тупая книга о самопомощи вдруг окажется небывало успешным произведением, полным правды и вдохновенной силы, прощения и возрождения. Тогда с ним восстановят связь старые друзья; хлопая по плечу, они будут говорить: «Марк, дружище, я всегда знал, что в тебе это есть». Дом его сделается салоном, где будет собираться утонченная светская публика, рассуждая об идеях и концепциях, о хорошей кухне и о нем, успешном писателе.

Эти глуповатые фантазии, как ни странно, подбадривали, а снаружи разворачивался вполне славный вечер. В этом районе обитало полным-полно преуспевающих либералов и безобидных бомжей, не было и проблем с барами. В поисках съестного и не только Марк направил стопы к ресторану, где заказал себе новинку меню – тайское пиво, которым можно было залить страх и переживания очередного бездельного дня.

На следующий день ему позвонили из офиса Блинк. Не с сообщением об отмене книги (вот бы услышать что-нибудь вроде «С прискорбием извещаем, что Марджори Блинк насмерть загрызли ее бультерьеры»), но, во всяком случае, с платным семинаром буквально через день. Двухдневный выезд в Чикаго за счет «Конч Шелл», с утренним тренингом непонятно для кого. Да и не важно. Это на пару дней оторвет его от сидения над книгой, и, возможно, принесет десять тысяч. В прошлом году примерно за такое мероприятие он получил именно столько. Это помогало отогнать от двери хотя бы нескольких собак. Можно будет отвязаться от хорвата с его рэкетиром-сынком, уберечь на несколько месяцев машину мамы, подыскать электрика, который бы довел квартиру до кондиции, а остальное можно будет пустить на особенно страждущие кредитки.

После того злосчастного ужина в лондонском Ист-Энде напрямую с Блинк Марк не общался.

Свое недовольство и нетерпение она выказывала тем, что общалась только через подчиненных. С новостью насчет поездки в Чикаго позвонил ее главный ассистент, а детали поездки назавтра изложил помощник рангом пониже.

Все складывалось из рук вон. Начать с того, что Марк был членом «писательской делегации», причем даже неясно, главным или нет. Мероприятие должно было состояться в книжном магазине. Ну а затем самое убийственное: вся поездка носила характер промоакции, участвовать в которых ему вменялась по контракту, то есть никакого гонорара, помимо оплаченного отеля, авиабилетов и каких-нибудь долбаных крендельков. На этом всё.