Пожиратели облаков полностью

– Стопроцентный цепной обвал по всей Сети, – рутинным голосом пояснила Роксана. – Делается вредоносная программа; внедряется опыт ребят-авторов биомэлверов; они всегда держатся впереди графика, лет на несколько. Дай-ка мне вон тот конвертик. – Роксана указала на большой внутриофисный, который прихватила на ресепшене. – И тот курьерский тоже.

Из внутриофисного Роксана вынула стопку бумаг и стала пролистывать. Там были не только бумаги, но еще и фотоснимки, рентгенограммы и рулоны миллиметровки с графиками и распечатками густой цифири.

Сара вроде как говорила, что со своей Сети «Дорогой дневник» ничего сделать не может: она у них то ли твердотельная, то ли еще чего.

– Хорошо. Но даже если ты создашь этот вирус, как мы можем подсадить его к ним в сеть?

– Не знаю, – вздохнула Роксана. – Возможно, их лучшим шансом был тот парень, которого ты повстречала в аэропорту. Сара сказала, что сейчас они разрабатывают какой-то иной способ.

Дойдя до конца стопки, Роксана переключилась вниманием на второй конверт.

– Гм. Лейла, ты знаешь такую Лолу Монтес? – спросила она.

Лейла без слов выхватила у нее конверт и внимательно оглядела.

«Получатель: Лола Монтес, ч/з Роксану Меджнун, КРАН, округ Лос-Анджелес, Калифорния». Дальше шел почтовый индекс.

За вытяжную нитку Лейла распечатала конверт и вынула из него единственный лист бумаги – пустой, какой-то хрусткий. Повертела и так и эдак. Откуда это – от «Дневника»? Да нет, ей оттуда только что звонили. Указан ли обратный адрес? Она огляделась в поисках конверта, но Роксана успела его умыкнуть левой стопой и сейчас изучала.

– Кто отправитель, Рокс? – спросила Лейла с нетерпением.

Сестра то ли с пристрастием разглядывала бисерный почерк, то ли снова применяла эффект паузы.

– Тут написано «Лампочки Лео и Лимонный Сок».

Добравшись наконец до дома, Лейла уединилась в свою каморку под лестницей. Здесь она зажгла на прикроватном столике лампу с потрепанным абажуром и провела листом бумаги над 60-ваттной лампочкой – осторожно, как умелый слесарь водит синим язычком газовой горелки по медной трубе. Начала с угла и, после того как начал проступать печатный шрифт, постепенно смогла отличить верх от низа, право от лева; нагрела лист снова, на этот раз с левого верхнего угла. Стали различаться слова, проявляясь коричневым на шероховатой бумаге:

«Дорогая Лола или как там тебя зовут. Водится за мной такое: запоминать числа. Наверное, это и есть мнемоника – числа посылают мне мелкие картинки, и те картинки я запоминаю. Иногда это больше сбивает с толку, чем помогает. Но в данном случае это, возможно, сможет вывести меня к тебе.

«В вагоне-ресторане подводного экспресса двое хирургов играют в карты» – такая вот мне выскочила картинка, когда ты протараторила номер, по которому разговаривала тем вечером с сестрой. Извини за невольное подслушивание – в сущности, оно им не было. Ведь этот номер всего лишь вывел меня на окружной Комплекс расширенного астрального наблюдения Лос-Анджелеса. Твоя сестра астроном?

Я знаю, ты пыталась скрыть от меня специфику своего положения, но нынче на свете есть такая штука как Интернет, а еще ключевые слова типа «директор средней школы» + «ФБР» + «Лос-Анджелес», и вот я увидел новости про твоего отца. Увидел, что с ним творят. Так что я знаю, что твоя фамилия Меджнун. «Лос-Анджелес таймс» упоминал и про твою сестру – я так понял, она необычайно одаренный человек. А твое настоящее имя, может, не так уж и важно: «Лола» очень тебе подходит.