В мрачном подземелье слабо мерцал огонь догорающей свечи, откидывая блики и создавая замысловатые узоры на каменных стенах. Усталой рукой, Сияющий Ангел, Утренняя Звезда отложил перо и промокнул чернила на ещё одном листе из дублёной кожи молодого ягнёнка, его книга Бытия была почти закончена. Отодвинув увесистый труд, он опёрся руками на стол, Люцифер встал, разгибая затёкшую спину, безучастным взором посмотрел на монитор, на котором третий день мигал сигнал со знаком Аббодона, подошёл, коснулся рукой. На экране возник образ отвратительного Ящера, выслушав донесение о трагический событиях, Повелитель выключил средство связи и обратил взор на толстое бронированное стекло, за которым хранились артефакты далёкого прошлого. От прикосновения руки стекло беззвучно отъехало в сторону. Какое-то время Люцифер стоял неподвижно, смотря на корону с двенадцатью треугольными вертикальными шипами, выкованная из золота и сплавов прочнейших металлов она переливалась волнами света, играя бликами в тусклом пламени свечи. Камни по-прежнему сияли искрами, отбрасывая радужные круги на стенах и потолке. Уставшим взглядом Падший Ангел посмотрел на рукоять плазменного меча с искусным эфесом, который соскучился по крепкой руке. Он взял корону и повертел её в руках, под каждым зубцом сиял драгоценный камень ошеломительных размеров, в сотни карат и частоты, не хватало одного. Зубец был оплавлен, и переходил в трещину, обнажая дыру, где когда-то сверкал изумруд размером с голову быка. Одев символ власти, Люцифер повернулся к зеркалу, телескопический стержень, выкованный из атомов нейтронной звезды, выдвинулся из эфеса, вслед за ним плазма багрового цвета с треском сжигая кислород вышла из рукояти и облизала стержень, меч почти коснулся пола. Трещина на короне указала направление удара и обнажила ужасающий шрам, проходивший через прекрасный, когда-то лик, срываясь на правое плечо и уходя на грудь разрезая мускулистое тело. В памяти ещё было свежо воспоминание той битвы, когда Архангел Лаврентий своим плазменным мечом нанёс сокрушительный удар и выбил из короны камень нанеся увечья Восставшему Ангелу, низвергнув его. Камень упал на Землю и по преданию из него семитские мастера сделали кубок, изящество которого непревзойдённо и по сей день. Его подарили волхвы внуку царя Соломона вместе с двадцатью восемью золотыми руническими таблицами, в день его рождения под Вифлеемской звездой, а после казни последнего хозяина каменный кубок был окончательно утерян в земных тайниках. В размышлениях Повелитель сложил руки за спиной и пошёл к лифту. Поднявшись на самый верх исполинской башни «Знаний» Ангел вышел на балкон и опёрся на перила с изящными балясинами. Неистовая звезда начала уходить в закат, теперь она занимала одну треть небосклона, и на неё можно было смотреть. Пурпурно багровая, вскипающая и выбрасывающая огромные куски материи, которые под силами гравитации падали обратно выкидывая новые брызги тяжёлого вещества и огненные протуберанцы. На это зрелище можно было смотреть бесконечно долго, настолько был прекрасен вид умирающей звезды. В этот момент он почувствовал прикосновение к левому плечу, обернувшись, он увидел Касикандриэру, её красота была неподвластна времени, на великолепно сложенное атлетическое тело спадали длинные рыжие волосы, каскадом ложась на плечи и при каждом дуновении ветра обнажая пышную упругую грудь. Она прижалась к нему, обняла и положила голову на плечо, так они стояли и смотрели на самый впечатляющий закат во вселенной. Зашумел пневматический лифт, двери открылись, на балкон башни вошёл Вельзевул.
– Повелитель! – Вельзевул опустился на колено и склонил голову. – Легионы Гагтунгара разбиты! Аббадон спасся бегством, его штурмовые отряды подобраны уцелевшим крейсером. Скоро они будут здесь.
– Да я знаю. Не люблю вашу современную технику, но Я всё же просмотрел донесение.
– Какие будут указания?
