В коме? В коматозном состоянии? При такой температуре он в коме изжарился бы.
— Я звоню в «Скорую помощь».
— Нет!
— Прошу тебя, Джек. Я боюсь, что ты умрешь! Он не может отправляться в больницу. Слишком много вопросов, слишком много ловких чинуш, которые будут запускать пальцы в каждую щель его жизни в поисках денег.
— Даже не думай… Никаких больниц…
— Я не могу больше этого выносить, Джек. Я не могу просто сидеть и смотреть, как ты вскипаешь на глазах. Вызову «скорую помощь».
Когда Джиа встала, Джек выпростал руку из-под одеяла и перехватил ее. Не так крепко, чтобы оттянуть ее назад — у него и сил не было, — но этот жест остановил ее.
Нельзя позволять ей, чтобы его увезли в карете «Скорой помощи».
Она решительно вырвалась.
— И почему только я раньше об этом не подумала? До чего я была глупа!
Что она делает? Ему хотелось крикнуть и остановить ее. Пожалуйста, Джиа. Никакой «скорой помощи»! Я вылезу. Мне только нужно как следует отдохнуть. Не делай этого! Но у него пропал голос.
Все опасения были погребены ошеломляющей усталостью, которая захлестнула его с головой. Джек снова отключился.
Кейт пришла в себя на диване. Рядом сидела Жаннет, держа ее за руку.
Что случилось? — возник у нее вопрос, но Жаннет ответила прежде, чем мысль окончательно сформировалась:
— Ты потеряла сознание. Кейт осмотрелась:
— А где остальные?
— Мы… они ушли. Есть еще кое-какие дела. Неужели все это было в самом деле? От сильной головной боли у Кейт слепило в глазах, и она закрыла их. Или она была одурманена? Находилась под гипнозом?
— Все было на самом деле, — сказала Жаннет. Кейт высвободила руку и отодвинулась на другой конец дивана. Это не Жаннет. Она читает ее мысли.
Может ли быть такое? Неужели странный новый вирус может настолько изменить человеческие мозги, что между ними устанавливаются связи? Это слишком невероятно. Такие вещи случаются лишь на научно-фантастическом канале телевидения, который любит смотреть Кевин.
Но если этого не было в реальности, что же она недавно испытывала?
И почему ее не покидает чувство, что мозг не полностью принадлежит ей? Это что, сила внушения… или на самом деле?
— Мы знаем, как ты себя чувствуешь, Кейт.
— Неужто? Сомневаюсь.
Страх… скорее, ужас… неуверенность…
— А как насчет предательства, Жаннет? — гневно вспыхнула Кейт. — Ты не чувствуешь себя преданной? А я вот чувствую. Я любила тебя, Жаннет. Я доверяла тебе. — И тут она осознала, что употребляет прошедшее время. — А ты… ты…
— Ты еще будешь благодарна нам, Кейт. Через несколько дней, когда ты полностью сольешься с нами, ты будешь благословлять тот легкий укол в ладонь.
— Никогда! Вы заразили не только меня, но и моего брата! Вот этого я тебе никогда не прощу!
Кейт поднялась. Ее пошатывало. Никогда раньше она не хотела причинить боль другому человеку, но самодовольная убежденность Жаннет вызвала у нее желание ударить ее. Или сделать что-то похуже.
— Еще как простишь. И Джек тоже. Через несколько дней вы убедитесь…
— Через несколько дней! Всего? Тебе потребовалось куда больше времени!
— Вирус мутирует и в системе хозяина распространяется куда быстрее. Мы…
— Мы? Кто это «мы»?
— Прости. Когда становишься частью Единства, трудно думать о себе как о самостоятельной личности. Все они теперь во мне и я в них, пусть даже нас разделяют мили.
— Но раньше, когда вы все пришли сюда, ты говорила о себе как об отдельной личности.
— Чтобы не обеспокоить тебя.
— Может, тебе стоило продолжать. Потому что вот сейчас я очень обеспокоена.
— О'кей, о'кей, — успокаивая Кейт, сказала она. — Я была на твоем месте, Кейт. Сначала я сопротивлялась. Я была так испугана, мною владел страх перед неизвестным. А теперь, когда я полностью слилась, то безмерно счастлива.
— Но куда это тебя приведет, Жаннет?
— Ты узнаешь. Мы покажем тебе. В преображенный мир.
— Но то, что я видела, нельзя так назвать.
— Перед тобой предстала далеко не главная часть его. Ее ты еще не видела.
— Ты говоришь загадками.
— Задумайся, Кейт. Ты видела коровьи фермы? Улицы, полные машин? Следы реактивных самолетов в небе?
— Ну и?..
— Единство изменит мир, в котором мы живем. Человечество будет вести более здоровый образ жизни в здоровой среде. Первыми исчезнут фермы животных. Существующий скот будет использован, пока мы не превратим все зерновые угодья в овощные фермы для людей.
— Раса вегетарианцев! — Кейт и сама предпочитала овощи мясу, но любила порой жареного цыпленка.
— Отнюдь. В пищу пойдут дикие животные, но фермы, на которых выращивают коров, свиней и кур, станут делом прошлого. Как неэффективные. Ведь требуется семь фунтов зерна и сои, чтобы произвести фунт свинины. Гораздо проще и здоровее есть само зерно. Меньше потерь. А говоря о потерях, объем говядины, которую за год потребляет средняя американская семья, влечет за собой гору навоза размерами больше самого ее дома. Выделяется метан, отходы попадают в воду и загрязняют окружающую среду. Всему этому необходимо положить конец.
