Познавший кровь полностью

Меня потащили в ванную комнату, раздели и отмыли от кровавых разводов. Горячая вода подействовала на меня укрепляюще, и обратно я уже мог идти сам. Макс через внутренний телефон связался с охраной и сдал мой изгаженный гардероб в химчистку, заодно попросив принести что‑нибудь «пожрать», «выпить» и «съесть». При этом перед словом «съесть» он поставил глагол «привести».

Я занял место на диване и прикрылся легким покрывалом. Шокер, скинув плащ, развалился на софе, Макс сидел в кресле. Ждали, пока Топор освободит душ. Вскоре нам доставили ужин, несколько бутылок какого‑то напитка и… трех девушек. Девушки были без сознания, и охранники пронесли их на кухню, где аккуратно сложили на пол.

— Позвоните, когда надо будет забрать тела, — попросил последний выходящий охранник.

Черт, заказать на ужин человека так же просто, как заказать пиццу! «Алло, это харчевня „У Эндрю“? Пришлите, пожалуйста, трех сочных девочек, а то я что‑то проголодался! Да, можно без хлеба! Нет, что вы, соус обязательно! Грибы? Знаете, я не уверен. Решите сами! Спасибо!».

Языком я покатал во рту слюну, которая все еще отдавала железом.

— Леха, что в бутылках?

Вампир протянул руку и взял со столика одну из них.

— Хрен его знает, вроде мартини с кровью. — Он ловко открутил крышку и сделал внушительный глоток. — На вкус ничего!

— Дай‑ка! — Я залпом осушил почти половину бутылки и почувствовал колоссальное облегчение. Алкоголь и кровь в небольших дозах действуют просто фантастически!

— Смотри, опять блеванешь, — предостерег Шокер. — Не пил бы много.

Макс, вертевший в руках пульт от большого плазменного телевизора, нажал на кнопку включения канала. Через пару секунд мы увидели довольную рожу Красавчика Фредди, кромсающего очередную жертву.[7]

— Ну‑ка оставь, — попросил Леха. — Прикольное кино!

А я, внезапно опьяневший, выругался и запустил полупустой бутылкой в экран.

— Как меня достала эта гребаная кровь!

Макс и Шокер недоуменно переглянулись между собой, а я поспешил извиниться и в очередной раз прикусить язык.

К счастью, бутылка пролетела мимо телевизора, но Макс все же переключил канал на местное вещание. В эфире как раз шел последний выпуск новостей, и мы в предвкушении уставились в лицо диктора.

— Сегодня примерно в десять тридцать утра на проспекте Ленина произошло странное и непонятное происшествие. Недалеко от перекрестка с улицей Вейнбаума тротуар и дорога залиты красной жидкостью, предположительно кровью. — Появилось изображение «пятна». Скорее, это напоминало место прорыва магмы и размерами походило не на пятно, а на гавань. — По официальной версии, предоставленной нам пресс‑службой Новосибирского УВД, в этом месте перевернулся грузовик, перевозивший безвредное химическое вещество красного цвета. Ни названия вещества, ни доказательств, что оно действительно безвредно, ни фактов, подтверждающих дорожно‑транспортное происшествие, нами получено не было. Все бы ничего, но многие очевидцы видели, как из черного автомобиля с государственными номерами выпал мужчина, который и стал причиной огромного пятна. Очевидцы утверждают, что мужчина, скорее всего, не пострадал при падении, а пятно образовалось в результате долгого и очень обильного опорожнения желудка. Однако возникает вопрос: разве могло столько жидкости вместиться в одного человека? — Уличные съемки кончились. Опять была студия и безэмоциональное лицо диктора. — Примерно в это же время поступило сообщение от дорожно‑патрульной службы города, что введен план «Перехват» для поимки трех черных иномарок предположительно с государственными номерами. Мы…

Макс вырубил телевизор.

— Нам всем надо отдохнуть, господа, — хлопнул он по коленям. — Пойду… поем, что ли. — Он нехотя встал и направился на кухню. — Серега, ты будешь?

Я закрыл глаза и повалился на подушку.

— Сначала посплю. Вы мне… оставьте немного.

Друг кивнул и вышел. Шокер, схватив бутылку мартини, заторопился следом. Когда он пробегал мимо двери в ванную, то несколько раз ударил по ней кулачищем:

— Стас, мать твою, ты не утонул? Давай в темпе!

Из кухни сначала раздался легкий звон, а потом характерное хлюпанье.

Я накрыл голову подушкой и попытался забыться.

Ближе к вечеру следующего дня я проснулся и первым делом подкрепился. Подкрепился кровью девушки, как бы мне не было противно. Затем, вернувшись в комнату, увидел почищенную одежду и вспомнил, что, черт побери, в кармане лежала очень нужная мне вещь! Я запустил руку, поводил ее внутри плаща, но ничего не обнаружил.

Сзади послышался легкий кашель, я обернулся и встретился взглядом с Топором. В руках он держал Медальон Бескровия и стержень усилителя. Только сейчас я понял, что с момента моего пробуждения и Стас, и Леха, и Макс не спускали с меня пристального взгляда.

— Это, если не ошибаюсь, Медальон Бескровия? — угрюмо спросил Стас.

Я забрал у него вещи, окинул комнату тяжелым взором и плюхнулся на диван.