Позвони...
Вот всегда так, только соберешься, что ни будь сделать, а оно все.... Готово.
C трудом поднявшись со скрипнувшей лежанки, поднял свое грузное тело. Посадил его вертикально, оперев локти на колени, спрятал лицо в ладонях. Посидел так несколько минут, потом решившись, энергично потер его, взлохматил короткие волосы и, встав, отправился на выход.
Серые сумерки наступающей ночи встретили его на улице. Листья лениво шевелились, под слабым дуновением ветерка. Вдоль дорожки росли кусты сирени, прямо за ними стоял фонарный столб, под круглым отражателем светилась лампа. Причудливые тени переплелись на черном асфальте. Резиновая подошва ботинок противно скрипела, ладно бы оба, так нет только один, правый, с каждым шагом. Скрип....Скрип.... Скрип....
Вот ещё эхо издевается, скрип, скрип.... скрип, скрип....
Оглянулся. Никого. Вдали мелькнули фары проезжавшего автомобиля, луч света полоснул по глазам, на миг ослепив. Отвернувшись, машинально сделал один шаг вперед, остановился, чтоб проморгаться. И отшатнулся назад. Перед ним стояла фигура. Позади мелькнули фары ещё одного авто, высветили серую бетонную стену. Пусто. Ни кого.
"Надо меньше всяких книжек на дежурстве читать. Вон Семен, таскает с собой телик, кино смотрит, футбол, новости какие ни будь. Один я по старинке, с книгами мотаюсь.
Надо с получки будет купить. Ага. Купишь. Благоверная гундеть начнет: - "Зановесочки новые в ванную надо. Я тут у соседки, когда была, видела, заешь, на них такие красивые васильки нарисованы" Дочки тоже под стать мамаши, коровы:- "Папуля, ты же обещал...."
Только и могут сиськами трясти, да в интернете торчать ночами. Всё из-под палки надо заставлять их что-либо сделать. Дурры косорукие, даже пельмени сварить не умеют. А Милка моя, всё за них заступается: - "Ну что ты к детям пристал. Перестань на них кричать, они тебе, что, соли с утра на хвост насыпали?" Клуша, вокруг них целыми днями хлопочет, а они над ней только посмеиваются. Обоим уже по семнадцать на уме только три вещи пиво, парни и интернет. Сподобила моя, родила близнецов, Сашка и Дашка.
Две стервы выросли.
Что-то младшая, Дашка, мне последнее время не нравиться какая-то квелая ходит и на всех рычит, нагуляла?
Удавлю, заразу.... Сучонка .... А может просто заболела?
Угу, как сказал Райкин: - " У вашей дочери ОРЗ. Какое ОРЗ если она дома все соленые огурцы сожрала"
Надо будет утром, как вернусь с дежурства поговорить с дочей. В детстве была папина. Хвостом за мной ходила в отличие от "Старшей" та маменька, вылитая копия. Даже характер.... Такой же склочный. Со мной до прошлого года не ругалась, однажды попробовала, так я её поперек дивана разложил и выдрал ремнем. Дашка, глядя на нее, испортилась огрызаться начала.... Эх, девки, девки. Я же вам счастья хочу. А вы?
- Сашенька....
- Папа. Я просила меня так не называть, мне не нравится.
- А как тебя называть?
- Саша! Или, в крайнем случае, Александрой.
- Может по Отчеству?
- Можно и так. Ты чего хотел?
Это "Ты" меня тогда очень сильно покоробило. Я ничего не сказал, развернулся и ушел, а зря надо было мозги на место вставить, чтоб помнила родителя своего.
Отец мой, за такое обращение, молча, уши откручивал. Дед.... И не отвечал вовсе, а если настырничать будешь, можно было и леща схлопотать. Да.... Петр Егорович кремень мужик был.... А бабушка.... Бабушка просто золотой человек. Сколько раз бывало, после дедова подзатыльника прибегал к ней в слезах и, зарывшись лицом в складки юбок, рыдал. До сих пор помню теплую чуть суховатую руку, лежащую на затылке и нежный голос. Как хотелось сына.... Не судьба. После девок врачи запретили милке рожать, сказали, что помереть можно. Жаль. Позвонить что ли?"
Вытащив из кармана сотовый, набрал номер. Гудок.... Гудок.... Гудок....
В трубке раздался щелчок и родной, сонный голос произнес: - Да. Алло. Это ты?
- Да, Я.
- Что звонишь?
- Соскучился.
- Я думала, случилось что.
- Мне всё днем не досуг спросить было. Что там с Дашкой?
Последовала небольшая пауза и слегка изменившимся голосом она ответила.
- Всё нормально.
- Милка! Скажи мне правду.
- А что ты хочешь услышать? - В тон прорезалась легкая ершистость.
Он усмехнулся,- Угадай с трех раз. Дорогая моя супруга....
- Ого! Ты так не называл меня со дня нашей свадьбы. Ты тогда был....
- Давай эти воспоминания отложим на потом. Ты не ответила на мой вопрос.
- Ты их столько задаешь, что я и забыла на какой ответить надо.
- Мила! Что случилось с Дарьей. Или тебе назвать её по фамилии и по батюшке?
Тебе вообще знакома такая девица? Или я ошибся номером? Женщина вы кто? Вы что делаете у меня дома? Позовите мою любимую супругу.
В воздухе повисла продолжительная пауза, в микрофоне был едва слышен треск и полная тишина. Он подул в трубку, подул в неё. Посмотрел на индикатор, связь была, приложил к уху.
- Алло! Эй! Там! Есть кто живой? Мила ты чего молчишь?
- Да не молчу, я, а думаю.
- И как тебе?
- Что?
- Думать?
- Тьфу, на тебя болтун.
И потом словно решившись, она выпалила новость, про которую я уже почти догадался сам.
- Ты станешь дедом.
