Долги выплачены, от невест пока успешно отбиваюсь, а вот империю... империю мне только предстоит спасти. И у меня только один вопрос - причем тут палка?!
Императорский дворец располагался в глубине огромного парка. Я насчитал пять поворотов, прежде чем увидел широкую лестницу, ведущую к парадному входу.
Здание, хоть и было искусно украшено лепниной, не произвело на меня особого впечатления. Чего нельзя сказать о внутреннем убранстве.
Лучшие сорта дерева, сверкающие полы и гулкие коридоры. Стук моих каблуков отскакивал звонких эхом от стен и тонул в общей какофонии звуков.
Это часть дворца выполняла функции одной большой приемной. Десятки деловитых служащих каждую минуту открывали двери, пробегали мимо меня с бумагами или громко разговаривали.
Человеческий муравейник!
Под бдительными взглядами многочисленных охранников меня проводили через просторный холл, два коридора, один из которых пролегал между зданиями и оставили перед резными дверями.
Как я понимаю, я находился уже в другом здании.
Ко мне степенно подошёл камердинер. Худой лысый мужчина с лихо подкрученными усами и добродушным взглядом карих глаз, глянул на меня и тихо произнес:
— Сейчас мы с вами пройдем в синий кабинет его императорского величества.
Он кивнул охране, и те распахнули тяжелые створки, приглашая войти.
Что я, собственно, и сделал. Интересно же, в каком месте принимает главный человек страны простых смертных.
Темный паркет, отделанные деревом стены, огромные окна с тяжелыми синими шторами. И массивное кресло, отделанное красным бархатом.
Несмотря на залитую светом обстановку, мне вдруг стало очень неуютно находиться здесь. Складывалось впечатление, что на меня давит потолок и каждая дощечка пола.
В какой-то момент мне стало трудно дышать, запершило в горле и дробно застучало о ребра сердце.
Камердинер внимательно меня оглядел и сочувственно кивнул.
— Скоро он придет. Потерпите.
Наверное, он подумал, что у меня разыгрались нервы. Но тут явно было что-то иное.
Словно подтверждая его слова, справа от трона распахнулась неприметная дверь, и в кабинет заглянул охранник.
Он зорко оглядел нас, кивнул кому-то за спиной и застыл живой статуей у самого входа.
Через мгновение в дверном проеме показалась высокая фигура. Не успел я толком разглядеть вошедшего, как кабинет противно качнулся и…
Древний старик, больше похожий на высохшую мумию, в старой, потертой мантии стоял на коленях, держа в руках простую шкатулку из цельного куска дерева.
Внутри нее на темной бархатной подложке лежал крошечный сверкающий осколок.
— Да будет так! — с трудом разлепив губы, прошептал он.
Его узловатые пальцы потянулись к осколку.
Вдруг что-то его остановило. На глаза набежали слезы, взгляд помутился и остановился на пустом книжном шкафу. В воздухе, пронизанная лучами заходящего солнца, сгустилась бесформенная дымка.
Старик ахнул. Крышка шкатулки громко клацнула и полетела на пол. Руки под мантией зашевелились, нащупывая оружие, но вытащить его не успели.
Шкатулка, разом ожив, прыгнула старику на живот и раскрылась. Вздрогнув всем телом, он на минуту помедлил, а потом быстро выхватил осколок и крепко сжал его в сухих ладонях.
Мир перед глазами померк.
В роскошной комнате, наполненной утренним светом, стояла широкая кровать. На ней лежал седой морщинистый старик. Его лоб покрывали неровные коричневые пятна, глаза подслеповато щурились, а на губах была улыбка.
Он умирал, но был счастлив.
Вокруг него столпились многочисленные родственники с детьми на руках. Рядом стоял врач, то и дело измеряющий пульс.
Старик старался шутить — бодрился из последних сил.
Повинуясь взмаху костлявой руки, к нему на кровать забрался один из малышей. Не прошло и минуты, как в его крохотные ладошки перекочевал массивный перстень. Умирающему он был уже ни к чему.
Вдруг лицо старика перекосилось, он охнул и схватился за грудь.
Немощное тело на мгновение сильно вздрогнуло и замерло.
Мир перед глазами в очередной раз померк.
Я быстро проморгался и вновь очутился посреди огромного кабинета во дворце, глядя, как в дверях появился император.
Смотрел, но не видел, потому что все еще был под впечатлением от вереницы видений, что в одно мгновение пронеслись у меня перед глазами.
Я увидел несколько очень похожих историй — последние мгновения жизни незнакомцев. Чаще всего старики, но были и те, кто едва достиг зрелости. Ещё было неизменно наличие вокруг малышни и перстня, который им доставался. Кроме, разве что, самой первой.
Но кто они? Почему магия мне их показала?
Ответа на эти вопросы не было.
Из задумчивости меня выдернул громкий голос усатого камердинера:
— Его императорское величество, Романовский Аркадий Семенович!
Я с почтением поклонился.
Император в окружении свиты прошел к массивному трону и неторопливо присел.
Когда-то давно я уже вот так стоял перед лицом первых лиц государства, но все равно испытал некоторый трепет.
Аркадий Семенович выглядел моложе своих лет. Едва тронутые сединой волосы, легкая паутинка морщин и пронзительный взгляд. Он прошибал меня насквозь, доставая до самых потаенных уголков души. В этих стальных глазах я видел мудрость веков и стольких же лет усталость.
