— Не путаю! — она оскорбилась. — Я хорошо помню. Ах, — вдруг вспомнила она. — Ещё он говорил, что начальник охранного отделения ему угрожал. Кулябко! Вот! Видишь, я всё помню!
Серёга ошарашенно покачал головой. Реми затрясла пальцем у него перед носом:
— Я не путаю! Да, ещё я слышала, что этот Кулябко недавно застрелился.
Минус кивнул:
— Скажи, а Курлов Павел Григорьевич, кто такой?
— Генерал-майор. Начальник жандармского корпуса. Убили его в Киеве в конце августа, — Аннет удивлённо подняла брови. — А что?
— Он мог знать Сухомлинова?
— Конечно, — француженка ответила не медля ни минуты. — Они дружили. Однополчане. Я так слышала.
— Ты прелесть, девочка! — Минус восхищённо улыбнулся. — Ты просто умница, Аннет!
— Да! — согласно кивнула Реми и её глаза блеснули. — Ты верно заметил.
— А скромная какая…
— Мне скромность не к лицу! — она фыркнула. — Была бы скромной, так бы и просидела в своей деревне! Это я здесь всем рассказываю, что родилась в Париже. А на самом деле я из Ле-Пуаль!
— Мне это ни о чём не говорит, — Серёга пожал плечами. — Название красивое.
— Дыра в горах! Хуже не придумаешь! Я едва вырвалась оттуда! — Аннет нахмурилась. — Вот потому и говорю, что такая, как ты! И от меня про тебя никто ничего не узнает! Даже князь Андроников! А уж он бы заплатил за истину! Ведь, наверное, измучился гадать, как было на самом деле!
— Ты только не расскажи! — сказал Минус негромко. — А то подберется этот князь к тебе… Охмурит, ты и растаешь…
Аннет звонко рассмеялась:
— Ты что? Совсем ничего не знаешь? Ему женщины ни к чему! Он, как это говорят… педераст.
— Тогда тебе ничего не грозит, — Серёга усмехнулся. — А на деньги не ведись. Я больше заплачу, если тебе невмоготу станет.
— Не станет, — ответила Реми серьёзно. — Я не собираюсь рассказывать. Тем более, что ты и совсем по-другому заплатить можешь, — она настороженно притихла. — Ведь так?
— Могу, — Минус кивнул, глядя ей в глаза. — Ты правильно понимаешь. Как говорится, можно платить золотом, а можно свинцом или железом… Но давай не будем о таком даже думать. Ведь мы с тобой друзья? — вопросительно добавил он, протягивая руку.
— Пожалуй, друзья! — Реми ухватилась за кисть своей ладошкой. — Нет, точно друзья!
— Тогда и переживать не о чем, — Серёга улыбнулся. — Я не причиню тебе зла, Аннет. Я надеюсь, что тебе ещё повезёт.
— Ты мой должник! — глаза озорно блеснули. — Не забывай!
— Ладно, — Минус кивнул головой. — Договорились.
Неброский старенький «хамбер» миновал Бибиковский бульвар и вырвался на Брест-Литовское шоссе. Позади остались керосиновые склады, потом церковь Марии Магдалины. Наконец справа показался Пушкинский парк, в своём осеннем великолепии, и мелькнул указатель «Скаковой кругъ», возвещая о приближении к ипподрому. Минус убавил скорость:
— Теперь первый поворот налево, — он обернулся к Либе. — На Заводской машину бросим, дальше пешком, а то слишком приметно.
— Никогда не ожидала, что ты согласишься на охранку работать! — фыркнула Либа. — И зачем это тебе?
— Мы с тобой на себя работаем, — Минус улыбнулся. — А что пришлось на службу поступить… Может, это и к лучшему. Мне не хотелось уезжать.
— На себя! Ты хоть думаешь, о чём говоришь⁈ Пошёл у этого Лёши на поводу! Ты слишком ему доверяешь, Сеня!
— Я ему совсем не доверяю, но прикрыть меня здесь может только он. Надо нам с тобой киевские дела закончить, и тогда подумаем, куда перебраться.
— Мы потому и раньше на три дня приехали, чем собирались?
— Да, –кивнул Серёга. — Ещё нужно Дайну найти, а то Белла от меня не отстанет.
— А как думаешь, почему она сбежала?
— Может и не сбежала, — хмуро ответил Минус. — Может, её поймали. Это нас ищут, Либа. Вот я и хочу узнать, кто.
Заводская улица пересекала длинные линии дачных участков, пустынные в это время года. Только в некоторых богатых домах оставались сторожа. Минус отсчитал четыре линии и уверенно свернул. Нужный ему участок, он опознал сразу. Жёлто-серый одноэтажный дом был ограждён высоким кованым забором. Участок располагался на углу. Слева от него, за небольшим оврагом, виднелись чёрные полосы вспаханной земли.
Серёга обошёл ограду сбоку. Добравшись к неприметной калитке и оглядевшись, он тихо произнёс:
— Славное местечко, правда?
— Мрачно здесь, — Либа скривилась. — А как ты про него узнал?
— Добрая женщина подсказала, — Минус усмехнулся. — Иногда пятьдесят рублей творят чудеса.
— Значит, горничная! — Либа хитро прищурилась. — Мало того, что проворовалась, так ещё и языком треплет! Вот же свинья!
— Ну почему сразу свинья? У неё совсем другая версия. Она взяла хозяйские деньги только из справедливости.
— Это как?
— Оплата за утерянную невинность.
— Фу, гадость какая!
— Это как посмотреть… Мне кажется, что она оценила её вполне недорого. Если не ошибаюсь, то около десяти рублей ущерба. Оттого он и заявлять не стал, а просто выгнал.
— А он точно сегодня сюда приедет?
— Должен.
Минус сунул руку под козырёк над калиткой и ухмыльнувшись, достал ключи.
— Ха! Стало быть, не обманула.
— Свинья! — поморщилась Либа неодобрительно. — Ты прав, когда говоришь, что нельзя нанимать слуг.
