– Ленинградский кораблестроительный институт, не считая краткосрочных курсов на флоте. Десять лет службы на флоте ее величества многому могут научить умного человека.
– После службы чем занимались? – не отставал Смит, не давая возможности даже на секунду взглянуть в иллюминатор.
– Ходил в моря, работал в Австралии инструктором подводного спорта, охранял австралийские пляжи от акул и вот на старости лет решил осесть на Багамах.
– Пенсия у вас большая? – неожиданно спросил Смит, вставая из-за стола.
– Четыре тысячи фунтов стерлингов. Вся пенсия перечисляется на счет семьи, которая живет в Ланкастере.
Клим совершенно спокойно рассказывал, не боясь проверки. Военное ведомство Великобритании строго засекречивало своих боевых пловцов, не давая о них никаких сведений даже своим ведомствам, не говоря о союзниках.
– Хорошая пенсия. За такие деньги на острове можно безбедно жить, – вновь вступил в разговор Смит и завистливо вздохнул.
– Вы абсолютно правы, тем более что она не облагается никакими налогами и не подлежит декларированию. Англия очень дорогая страна, и на эти деньги прожить можно, но не сильно разгуляешься. У моей Генриэтты еще двое детей и старая мать. Мне как военному пенсионеру положены налоговые льготы, и только благодаря им они сводят концы с концами, – рассказывал Клим, одновременно замечая, как катер снижает скорость.
Килевая качка прекратилась, осталась небольшая бортовая.
Мотор катера неожиданно выключился. Катер мягко ткнулся левым бортом о причал.
– Мы приехали! – возвестил Смит и, взяв стакан Клима, одним махом опрокинул его в рот.
– Абсолютно правильное решение. Если оставить коньяк в открытом стакане, то аромат выветрится, а если вылить обратно в бутылку, то испортит оставшийся, – заметил Клим, глядя честными глазами на своего хозяина.
– Нас, индейцев, белые люди много лет спаивали огненной водой, и у каждого краснокожего осталась в крови тяга к спиртному, – пояснил Смит, ставя бутылку коньяка в шкафчик.
– Но вы же не чистый индеец, хозяин, – вы метис, такой же, как и я, только я практически негр, а в вас просматривается большая толика белой крови, – заметил Клим, идя следом за своим хозяином по трапу.
– О расовых проблемах поговорим на досуге, а пока занимайся своим делом, для которого тебя наняли! – не оборачиваясь, бросил Смит, отходя в сторону.
Перед Климом расстилался ровный, как стол, коралловый атолл, на берегу которого выстроилась толпа грязных, оборванных людей.
В середине атолла возвышался навес из шести металлических труб с покрытием из маскировочной сети.
Сойдя на берег, Клим сразу почувствовал тяжелый запах низкосортного алкоголя.
– Кто из вас не пьет? – спросил Клим, всматриваясь в худые, обросшие лица ныряльщиков.
– Нас еще кормить надо хотя бы раз в день, – заметил коренастый, невысокого роста кариб, выходя вперед.
– Ты с аквалангом нырял? – спросил Клим, втягивая носом воздух.
От коренастого кариба алкоголем не пахло.
– Приходилось раза два нырять, – буркнул кариб, с неприязнью глядя на Клима, казавшегося в своей чистой матросской робе прямо франтом по сравнению с оборванными людьми, стоящими перед ним.
– Тащите сюда инструкторские акваланги, а там посмотрим! – приказал Клим, зорко наблюдая за толпой ныряльщиков, на лицах которых ничего, кроме злобы, не было видно.
Коренастый, обернувшись к толпе, быстро сказал на незнакомом языке короткую фразу.
Двое худых мужчин опрометью бросились под навес.
Через минуту два грязных, с облупившейся краской, однобаллоных акваланга лежали перед Климом на берегу. Под синей краской проступал серебристый металл, в котором Клим без труда узнал титан. Манометр первого акваланга, рассчитанный на триста атмосфер, показывал сто сорок, а второго – только семьдесят атмосфер.
– Нужны ласты, маски, грузовые пояса и трос метров сто! – крикнул Клим.
– Сейчас дадим! – быстро откликнулся Смит, и за спиной Клима послышался резкий топот.
Прикинув, что перед ним стоит не больше тридцати человек, Клим спросил коренастого:
– Остальные ныряльщики где?
– Милях в двадцати отсюда есть еще один остров, там основная база.
– Моро! Закрой рот и не болтай! – рявкнул с катера Смит, в голосе которого послышались визгливые истерические нотки.
«С такими людьми и с таким оборудованием идти на серьезную работу под водой – легче сразу пустить себе пулю в лоб!» – подумал Клим, проводя первый осмотр чужих аквалангов.
– Дайте граммов сто виски! – все так же не оборачиваясь, приказал Клим, рассматривая потрескавшиеся высоконапорные шланги и загубник, замотанный грязными тряпками.
На катере снова послышался топот.
– Принеси снаряжение с катера и виски! – приказал Клим, осторожно разматывая грязные тряпки, прикрывающие загубник.
Небольшая змейка, не больше двадцати сантиметров, выскользнула из загубника, но Клим был к этому готов.
Резкий удар, и змея отброшена в сторону стоящих людей. Толпа с криками бросилась в разные стороны.
– Коралловая змея, по-научному коралловый аспид, – пояснил Клим, хладнокровно вливая в загубник виски из черной бутылки.
