Она может распознать подделку. И она может отличить настоящую вещь, когда она ее увидит. Что если я куплю пару настоящих «PRADA» и пойду в них в клуб? Скажет ли она хоть что-нибудь, и сможет ли это сломать лёд между нами, а затем я отвечу что-нибудь невероятно остроумное, и она забудет о том, что никогда никуда меня не приглашала?
Отчаянные времена требуют отчаянных мер. Отчаянной мерой в этом случае была кредитная карта моей мамы, которая дала мне ее со строгим предостережением «только для экстренных случаев». По моему мнению, этот случай мог рассматриваться как экстренный. В конце концов, у меня должен быть вечер, который изменит мою жизнь!
Все еще стоя снаружи, я придвинулась к магазину. Там висел баннер, объявляющий о прибытии новой летней коллекции, и дюжина или больше туфель на высоких каблуках, примостившихся на маленьких подставках. Я заметила пару лавандовых лодочек на платформе, которые заставили мое сердце подпрыгнуть — каблук был расписан так, что казался цветком. Но потом я подумала, что скажет Анжела, и поняла, что они слишком броские.
А потом я увидела их: пару сияющих лодочек из красной лакированной кожи с заоблачно высокими каблуками и милыми застежками. Они были совершенной классикой, и уж точно никто не смог бы по ошибке принять их за другой бренд. Я приняла решение, открыла двери и шагнула внутрь. Я даже не собиралась примерять их, они определенно мои.
Однако, как оказалось, мне все-таки следовало их примерить, потому что они были определенно большими теперь, когда я их обула. Однако я уверена, что смогу справиться с этим, подложив платочки в носки туфель. Все будет хорошо. А сейчас мне нужно просто вернуться в отель.
Который, к сожалению, оказался, по меньшей мере, в миле отсюда, и нужно было перейти через мост Челси над Темзой. Я непрочно стояла на самых высоких каблуках в своей жизни, решая, как мне добраться до своей комнаты. Хорошей новостью было то, что когда я туда доберусь, они уже слегка потеряют свой вид «только из бутика», и, когда Анжела сделает мне комплимент, я лишь небрежно отмахнусь: «Ах, эти старые туфли?».
Я сделала несколько неуверенных шагов, и именно тогда это случилось: каблук попал в решетку, моя коленка подвернулась, и я начала падать. Из моего горла вырвался крик, потому что я знала, что чем бы это не закончилось, это будет больно. Я падала на асфальт так быстро, что даже не успевала защитить голову. Последним, что я увидела, было лицо хорошо одетого мужчины с седыми волосами, смотрящего, как я машу руками в воздухе, словно курица крыльями.
Боль взорвалась в моей черепной коробке, когда я упала на тротуар, а затем весь мир погрузился во тьму.
У меня в черепной коробке стучало так, словно кто-то долбил мои глаза перфоратором.
К горлу подступила тошнота, но я посидела спокойно несколько долгих минут, держа глаза закрытыми, пока она не прошла, а удары в черепе не превратились в барабанную дробь где-то на задворках.
Я приоткрыла один глаз, ожидая, когда боль вернется, но этого не случилось. Тогда я открыла другой глаз, но боль ушла! Фух!
Однако я обнаружила другую проблему: я сидела в грязи! Блин, мерзкая грязь! Левая рука, на которую я опиралась, просто утонула в ней. Я резко подняла голову. Мой пульс зашкалил, а из горла вырвался крик.
Я была окружена деревьями. И не несколькими деревцами, словно я свернула с тропинки в ближайший парк. Этих деревьев хватило бы, чтобы посчитать их национальным заповедником! Солнце садилось, и все, что я могла видеть — это стволы деревьев, тени и еще больше грязи. Какие-то птицы имели нахальство чирикать, словно это был просто очередной день в их жизни.
И это не имело смысла. Абсолютно никакого.
У меня тряслись руки, когда я протирала глаза, уверенная, что у меня галлюцинации. Когда я снова их открыла, ничего не изменилось.
О Господи, о Господи, о Господи. Это неправильно. Это все неправильно.
Я огляделась по сторонам, заставляя себя сделать несколько длинных глубоких вдохов.
Не. Стоит. Паниковать.
Всему этому должно быть простое объяснение.
Мои сумки с покупками исчезли, все три. Меня обокрали? Но мой кошелек по-прежнему был крепко зажат в моей руке, и, быстро заглянув в него, я поняла, что содержимое не тронуто. Но где тогда остальные мои вещи? Я посмотрела на свои ноги и, к моему облегчению, увидела свои четырехсотдолларовые туфли «Прада». Фух.
Я подтянула коленки к груди и опустила на них лоб. Мой левый висок саднило в том месте, где он ударился о бетон.
Я пожевала губу и снова огляделась. Что, черт возьми, вообще происходит?
Я купила эти туфли. Сделала несколько шагов. Упала.
И теперь я… посреди ничего?
Это не может быть правдой. Я не помню, чтобы я видела какие-то деревья, похожие на эти. Может быть, они были позади магазина? Может быть, кто-то отнес меня сюда, подальше от дороги?
Но оглядевшись, я увидела только еще больше деревьев. Здесь их должно быть сотни. Нет, тысячи. Чем больше я смотрела, тем больше мне хотелось убежать с этого места. Что за чертовщина вообще происходит?
