Егор лежал с закрытыми глазами, вслушиваясь в мелодичный голос Милы. Честно старался выполнять все указания девушки. Постепенно, не заметив как, он провалился в воспоминания. Голос Милы звучал где-то рядом и в то же время далеко. Перед глазами начали медленно всплывать утренние события. Он словно перенесся в прошлое. Егор вспомнил, как открыл дверь своей квартиры. Как вошедшие сунули в морду удостоверение и приказали стать лицом к стене. А потом быстро связали и усадили в кресло. Лица псевдомилиционеров отчетливо отпечатались в памяти. Фоторобот можно было составить хоть сейчас. Только вот зачем теперь покойникам фоторобот.
Голос Милы прорвался сквозь воспоминания, направляя Егора:
– Эти люди, что они хотят?
Перед глазами Егора появился боевик со шприцем в руке. Воткнул иглу в плечо и улыбнулся. Потом посмотрел Воронову в глаза и довольно кивнул:
– Какую миссию тебе поручил Синдбад?
– Я не знаю, – Егор понимал, что эти люди не оставят его в живых.
Боевик повернулся к напарнику:
– Вколи еще.
Снова шприц вонзается в руку.
– Какую миссию тебе поручил Синдбад?
Синдбад. Это прозвище показалось Егору смутно знакомым, он уже слышал его где-то совсем недавно, но где? И детские сказки с одноименным героем здесь ни при чём. Это имя принадлежало кому-то реальному, существующему в нашем, а не в вымышленном мире. Вот только кому? Перед глазами все плавает. Фальшивый милиционер еще раз что-то спрашивает, но его слова звучат странно. Ничего не разобрать.
Все как в тумане. Стук в дверь. Один из убийц достает клинок. В этот момент слышатся странные хлопки. Боевики падают на пол. Кто-то подбегает и щупает пульс.
Голос Милы вновь проникает в сознание:
– Вспомните автобус, Егор. Вы возвращаетесь на нем домой.
Перед глазами появляется салон автобуса. Измотанные долгой задержкой на таможне пассажиры. Кто-то болтает, кто-то дремлет на неудобных сиденьях. На улице совсем темно. Водитель торопится, но дороги не расчищены, особо не разгонишься. Неожиданно автобус останавливается. Шофер тщетно пытается завести его. Матерится. Открывает дверь и вместе с напарником лезут под капот автобуса. Пассажиры пользуются задержкой, чтобы покурить и размять ноги.
– Вызывай тягач, тут всего километров пятнадцать осталось.
Напарник водителя лезет за телефоном, растерянно крутит его в руке: «Мобила сдохла, дай твою».
Водитель, хмуря брови, разглядывает свой телефон:
– Моя тоже походу умерла.
Выясняется, что ни у одного пассажира не работает сотовый телефон. Люди нервно курят, переминаясь на морозной трассе.
Наконец, удается завести автобус и все спешат в еще не остывший салон.
Спустя сотню метров автобус притормаживает и в открывшуюся дверь заскакивает заметенный снегом мужчина:
– Уф, спасибо что подобрали.
Обычное дело – водилы халтурят, подбирая случайных пассажиров.
Голос Милы вновь направляет воспоминания в нужное русло:
– Присмотритесь к этому человеку. Что он делает?
– Смотрит на шофера. И тот не берет с него денег, просто закрывает дверь и автобус едет дальше.
– Что потом делает вошедший?
– Он идет по салону очень медленно, заглядывает каждому в глаза, словно ищет знакомого. Останавливается, смотрит и идет дальше. Опять останавливается. Что-то говорит.
– Что именно?
– Я не слышу. Он еще далеко.
– Что дальше?
– Подходит к каждому пассажиру. Я последний. Подошел, смотрит. Говорит что-то.
– Что он говорит?
– Я не понимаю.
– Его голос, выражение лица, ты видишь его перед собой, слышишь его голос, что он говорит, Егор?
– Я не могу рассказывать. Он не разрешил.
– Как он выглядит?
– Высокий, крепкий, лет пятидесяти с небольшим.
– Есть ли, что-нибудь приметное в его внешности?
– Глаза. У него глаза разного цвета.
– Вслушайтесь внимательно. Он говорит. Что именно?
– Говорит, что его зовут Синдбад. Его зовут Синдбад.
– Что он хочет?
– Миссия. У него есть для меня миссия…
– Егор, очнитесь!
Голос Милы вырывает из воспоминаний.
Егор очнулся и почувствовал, как бешено молотит сердце. С удивлением осмотрелся вокруг: обеспокоенное лицо Милы, хмурый и встревоженный Роман. Егор перевёл взгляд на свои руки – пальцы вцепились в одеяло, словно их свело судорогой. С трудом разжал их и вытер мокрое от пота лицо. Перед глазами все плавало.
– Что случилось? Почему вы меня так быстро вытащили назад. Еще немного и я бы вспомнил, – Егор попытался сесть, но тело отказалось слушаться.
– Вам стало очень плохо, Егор. Продолжать не было возможности. Я сейчас позову медсестру, – Мила поднялась, – вам нужно принять успокоительное, и хорошенько выспаться.
Рыбаков похлопал друга по плечу.
– Спасибо, дружище, ты сильно помог нам. Отдыхай. Извини, домой отпустить не могу. Я тебя при себе пока держать буду, так безопасней.
– Ром, у меня к тебе просьба.
– Какая?
– Дай мне ствол.
Роман на секунду замер:
– Не могу. Не положено. Тебя охраняют, не волнуйся.
– Постараюсь.
Роман направился к выходу.
В коридоре ждала взволнованная Мила. Роман прикрыл за собой дверь палаты. Уже идя по коридору, спросил:
– Что там произошло, Мила? Он едва не умер сейчас.
