– Какого чёрта вы сюда впёрлись?! – Гольцев возмущённо оглядел стоящих перед ним Джонатана и Фредди. – Повылазило вам, засады не видели?!
– Алекс, – Фредди смущённо развёл руками, радостно улыбаясь. – Твои парни классно сидели. Пока меня не ткнули, я не чухнулся.
– Поври кому другому! – фыркнул Гольцев. – За каким чёртом вы вообще здесь оказались?
– Да парни наши здесь, пастухи, – стал объяснять Фредди. – Ну, ты же помнишь их.
– Помню, – кивнул Гольцев.
Джонатан, по-прежнему стоя за плечом Фредди, быстро оглядывал рослого, массивного и в то же время ловкого русского. Кажется, майор. Неужели тот самый? Алекс? Неужели есть шанс? Несколько раз он уже открывал рот, чтобы что-то сказать, и получал от Фредди удар локтем под дых.
– Ну, так что с парнями? – спросил Гольцев. – И кончай своего лендлорда дубасить, дыхалку ему отобьёшь.
– Хотели прикрыть парней, – ответил Джонатан, вставая рядом с Фредди. – Да опоздали.
Глаза Гольцева настороженно сощурились.
– Та-ак, и где они сейчас?
– Эндрю в морге, – ответил Фредди. – А Эркина арестовали и увезли.
– Ясно. А сюда вы чего пришли?
– Бобби обманул нас, – спокойно сказал Джонатан. – Он обещал поворот на Рождество.
Гольцев задумчиво покивал, что-то решая.
– Сейчас начнём большой обыск. Что ваше тут есть?
– Ничего, – сразу ответил Джонатан.
– Тогда вон отсюда. Оба.
– Мы тебя в баре подождём, – ухмыльнулся Фредди.
– Где-е? – подчёркнуто удивлённо переспросил Гольцев.
– Всё, – Фредди быстро вскинул раскрытые ладони на уровень лица. – Всё. Поняли.
– Отель «Континенталь», – улыбнулся Джонатан. – В люксе.
– Не раньше одиннадцати, – усмехнулся Гольцев.
– Ждём до упора, Алекс.
Гольцев кивнул и показал им на скрытую драпировкой дверь.
– Вас проведут.
Возникший неизвестно откуда солдат уже ждал их. Джонатан и Фредди попрощались кивками и пошли к двери. Уже Джонатан впереди, а Фредди за его правым плечом. Гольцев, прищурив в насмешливой улыбке глаза, смотрел им вслед. Ну… артисты! Ладно, сыграем и мы. Посмотрим, что получится.
В тюремный двор они въехали уже в темноте. Всю оставшуюся дорогу Эркин ехал, закрыв глаза, и временами действительно засыпал. Больше к нему не цеплялись.
– Вылезай, – это были первые слова Золотарёва после той остановки.
Эркин вылез из машины и быстро огляделся. Но, видно, все тюрьмы, как и распределители, одинаковы. С него сняли наручники, и уже тюремщик скомандовал:
– Руки за спину. Пошёл. Вперёд.
Проход по двору, переходы, лестницы, коридоры, глухие стены и двери с закрытыми окошками.
– Стой. Лицом к стене.
Лязг замка.
– Заходи.
Дверь захлопнулась за его спиной, и Эркин ошарашенно огляделся.
– Меченый! Вернулся!!
Его вернули в ту же камеру. И опять десятки рук обнимали его, шлёпали по плечам и шее.
– Ну, мы думали, всё…
– В Овраге встретимся…
– Куда это тебя дёргали?
– Слушай, чего это с тобой делали?
Эркин только мотал головой, не успевая ответить ни на один вопрос. Арч грозно цыкнул, заставив всех замолчать.
– Ну? Ошалел, что ли?
– Ошалеешь, – улыбнулся Эркин. – В больницу возили.
– Зачем?
– Ты ж того…
– Тобой стенку прошибёшь.
– Для страха, – коротко объяснил Эркин, и все понимающе закивали. – А там наших, ну, цветных много, вот они мне и жратвы достали, и… вообще.
– А чего они там?
– Работают.
– Врачам помогают? Цепняки?
– Там другие врачи, – Эркин по-прежнему старался не вдаваться в подробности. – А у вас как?
– Да так же.
– Не, не вызывали уже.
– Дрыхли весь день.
– И в щелбаны дулись.
– Твоё мы того… думали, уже не понадобится.
– Меня там накормили, – отмахнулся Эркин. – Вечерняя оправка была уже?
– Нет. Ложись, разбудим.
Эркин подошёл к своей койке, подтянулся на руках и сел. Быстро снял куртку и сапоги, привычно пристроил их и лёг, закинув руки за голову.
– Что? – с соседней койки улыбнулся ему Мартин. – Хлебнул страха?
– По уши, – серьёзно ответил ему Эркин, закрывая глаза.
Койка словно покачивалась под ним, от всего пережитого тошнило, но можно лечь, вытянуться, и главное – он опять один из многих, может затеряться в общей толпе. Плохо быть на виду. Эркин несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Тело ломило, как после работы, хотя парни постарались, промяли его, как следует, и промазки не пожалели.
– Эркин, – негромко позвали.
Он медленно открыл глаза и повернул голову.
– Чего тебе?
Мартин, полулёжа на боку, смотрел на него блестящими голубыми глазами.
– Ты там что, в парикмахерскую заодно сходил?
– Нет, – насторожился Эркин, сразу вспомнив, что в машине беляк об этом же шофёра спрашивал. – А что?
– Пахнет от тебя… люксово, – объяснил Мартин.
– Точно, – подал голос снизу Грошик. – У Скиссорса такого не было. Похоже, но не так.
Судорожно соображая, как лучше соврать, Эркин смущённо улыбнулся.
– Ну, я ж говорю, мне там парни, ну, когда в душ отвели, мыла дали, душистого. И вообще…
– Хорошо живут, – хмыкнул Мартин.
– Они как, на плате или за жратву? – поинтересовался Арч.
– И ва-аще? – подошёл Длинный.
«Уф, пронесло», – радостно подумал Эркин и стал рассказывать.
– Жильё у них при госпитале, столовая.
– Сами не готовят, значит?
