Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления. Просим Вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо. Триш Доллер Практически нормальная жизнь Оригинальное название: "Something Like Normal" Trish Doller Перевод: Анна Ailin Ли Редактирование: Анна Ailin Ли, Elly Русификация обложки: Альбина Анкудимова Любое копирование без ссылки на переводчика ЗАПРЕЩЕНО! Аннотация: Вернувшись домой после первой командировки в Афганистан, Трэвис обнаруживает своих родителей на грани развода. Брат увел у него девушку и машину. К тому же его мучают кошмары о смерти лучшего друга. Но только после случайной встречи с Харпер, с которой у Трэвиса были непростые отношения со времен средней школы, все начинает налаживаться. Они с Харпер видятся все чаще, и Трэвис постепенно пробирается через минное поле семейных проблем и посттравматического стресса к возможности вновь зажить практически нормальной жизнью.
В противоположном конце зала ожидания я вижу нескольких ребят из школьного марширующего ансамбля, которые играют Гимн Морской пехоты, и пару мужчин (синие мундиры уже узковаты им в районе талии), выступающих в роли неофициальных знаменосцев. Господи, только не говорите, что мама наняла ансамбль.
В руках у мамы растяжной плакат, нарисованный в ярких чирлидерских тонах, с надписью: "ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ ДОМОЙ, ТРЭВИС!". К ее поясу привязаны ленты от чертовой тучи гелиевых шариков. И так паршиво, что мне пришлось вернуться в Форт-Майерс. Это еще хуже. Я не могу притвориться, будто этот чокнутый приветственный комитет предназначен для кого-то другого – кроме меня в самолете морпехов не было.
Плакат, смятый между нами, хрустит, когда мама обхватывает руками мою шею, поднявшись на носочки, чтобы дотянуться. Шарики опускаются ниже, легко ударяются о мою макушку. В одном этом объятии заключена сила пропущенных полутора лет объятий, и у меня складывается ощущение, будь такая возможность, она бы больше никогда меня не отпустила.
– Слава Богу, ты дома, – шепчет мама мне в грудь; ее голос надламывается от слез. – Слава Богу, ты живой.
Я чувствую себя дерьмово. Отчасти – потому что не знаю, что сказать, но в основном – потому что жив.
– Я рад… – Ложь застревает в горле, и мне приходится начать снова: – Я рад вернуться.
Она обнимает меня слишком долго, проходящие мимо незнакомцы дотрагиваются до моей спины, рук, говорят: "Спасибо", "Добро пожаловать домой", отчего мне становится дико некомфортно. Здравый смысл подсказывает, что эти люди в футболках университета Огайо и бейсболках Нью-Йорк Янкиз – всего лишь туристы. Обычные люди. Но я провел последние семь месяцев в стране, где враг смешивается с мирным населением, поэтому никогда не знаешь, кому доверять. Я в уязвимом положении, мне ненавистна мысль, что у меня нет автомата.
– Мне надо забрать свою сумку, – говорю я, чувствуя облегчение, когда мама меня отпускает. Она благодарит знаменосцев, обнимает нескольких девчонок из ансамбля, после чего мы идем к эскалатору, ведущему в зону выдачи багажа.
– Как долетел? Они вас кормили? Ты хочешь есть? Мы можем где-нибудь остановиться, пообедать, если ты голоден. – Мама говорит быстро, и слишком много, пытаясь заполнить повисшую между нами тишину. Металлический женский голос сообщает местное время и погодные условия, чтобы туристы могли перестроиться. Мои часы до сих пор идут по часовому поясу Афганистана, хотя я вернулся в Штаты пару недель назад. Забыл перевести, наверно.
– Тебе всегда нравилась эта забегаловка "У Клэнси". Ты раньше любил их пастуший пирог, помнишь?
В груди вспыхивает ярость, мне хочется сорваться на нее. "У Клэнси" по-прежнему мой любимый ресторан; я не забыл, что люблю пастуший пирог. Только она предложила с благими намерениями, и я не хочу проявить неуважение, поэтому едва заметно улыбаюсь.
– Помню, но я не особо голоден. Устал.
– Папа тоже хотел тебя встретить, но у него важная встреча, – продолжает мама таким тоном, который заставляет меня задуматься – верит ли она сама в то, что говорит. Может, она имеет в виду чужого отца. – А Райан работает в центре Фольксваген до отъезда в колледж.
После окончания своей профессиональной футбольной карьеры, мой папа купил три автомобильных дилерских центра. Когда учился в школе, я должен был работать в центре Фольксваген бесплатно, чтобы иметь доступ к мастерской и запчастям для моей машины. Так как я стал сыном, не оправдавшим надежд, отец отказался платить мне зарплату. В результате пришлось устроиться в компанию, занимавшуюся ландшафтным дизайном, за восемь баксов в час. Стоит ли удивляться, что он отдал реальную работу Райану.
– А Пэйдж… – не договорив, мама неодобрительно хмурится, поджав губы. Ей никогда не нравилась моя девушка… поправка – бывшая девушка. Маме кажется, что она выглядит дешево. Я думаю, Пэйдж место на обложке Максим в одном белье. Именно этим она меня привлекла изначально.
На дне моего вещмешка лежит единственное присланное ею письмо. Оно пришло в посылке с сигаретами, жевательным табаком и порно. Только Пэйдж могла смягчить удар от письма в духе "Дорогого Джона", прислав его вместе с вещами, которые мобилизованным морпехам нужнее всего.
Письмо было не очень длинное:
