Так от чего мы отказываемся и что теряем, отрицая потенциал истории как поставщика коллективной идентичности, функционально эквивалентной той идентичности, к обладанию которой мы стремимся как индивиды? Что мы приобретем, помыслив практическое прошлое как контрарное, но не контрадикторное историческому прошлому? Во-первых, мы увеличим масштаб и охват наших исследований. Во-вторых, мы углубим их. И в-третьих, мы начнем осознавать, что существует более широкий спектр условий, в которых могут фабриковаться или конструироваться идентичности.
В конечном счете идентичность фабрикуется в актах выбора, решения и действия на эстетических и этических основаниях (хотя я объединил бы обе эти категории единым понятием «практики»). Вопреки уверениям традиционной историографии, знание о прошлом, ограниченное той информацией, достоверность которой историки, как они сами считают, могут подтвердить, не в состоянии помочь нам в случае с рутинными повседневными выбором, решениями и действиями. Во-первых, потому что историческое знание всегда остается неполным. Во-вторых, потому что оно не может быть надлежащим образом задокументировано. И в-третьих, потому что оно предлагает нам погрузиться в mise en abyme185, бесконечный поиск истоков, которые могут быть никак не связаны с тем опытом, которым мы пытаемся овладеть как «своим».
Много лет назад Бенедетто Кроче написал книгу под названием Teoria e storia della storiografia (1917), что в буквальном переводе означает «Теория и история исторического письма». В английском переводе (1921), выполненном Дугласом Эйнсли, книга получила название History: Its Theory and Practice («История: теория и практика»). Разница очевидна. Оригинальное итальянское название обещало изучение «теории и практики исторического письма», а не теории и практики «истории». Несмотря на то, что Кроче говорит об «истории» (событиях прошлого и т. д.), «история» выступает здесь в качестве референта определенного вида письма – исторического. Именно это письмо анализируется в книге и о его истории идет в ней речь. При переводе на английский название было изменено, чтобы стало заметно то, что воспринималось как субстанция («история») заявленного предмета книги («исторического письма»).
Нечто подобное произошло с Кроче и позднее: в 1938 году он опубликовал сборник эссе под названием La storia come pensiero e come azione, что в буквальном переводе означает «История как мышление и как действие». В английском переводе (1941), выполненном Сильвией Спригге, книга была названа History as the Story of Liberty («История как рассказ о свободе»). Аналогичная ситуация: английское название указывает на субстанцию («история как рассказ о свободе») заявленного предмета («история как мышление и как действие»)186.
Нельзя сказать, что эти переводы ошибочны. Дело в том, что вместо того, чтобы передать буквальное (грамматическое) значение названия, переводчики передали его субстантивное (семантическое) значение. Но при этом они выдумали названия книг, то есть воспользовались фигурой субстанцилизации (гипотипозой), чтобы постулировать «глубокое» или субстанциальное значение вместо внешнего или кажущегося значения буквально переведенного названия. Но обоим названиям удается показать, до какой степени сам Кроче одновременно субстанциализировал как тот исторический мир, который действительно имел место, так и качество того мира, в котором субстанциально «свободное» мышление и действие сами могут создавать мир, чья субстанция была бы «исторической».
Но даже с учетом всего этого, перед нами по-прежнему стоит проблема определения субстанции «исторического прошлого». Иначе мы столкнулись бы с этой проблемой, если по-прежнему сохраняли бы иллюзию, что все находящееся внутри, позади или сверху должно обладать субстанцией для того, чтобы быть наделенным той вещественностью, без которой оно уходит в небытие. Но уход в небытие – это участь всех вещей с материальной субстанцией. В то же время нам необходима иллюзия субстанции – представление о том, что вещи действительно обладают субстанцией, поскольку мы способны наделять их ею, обращаться с ними так, словно они заслуживают этого, поскольку они принимают вызов и начинают действовать, хотя бы время от времени и относительно эффективно, а не подчиняются власти тех, кто заявляет о своем праве указывать нам, кем мы являемся, что мы должны делать и к чему мы должны стремиться, чтобы существовать.
Хейден Уайт
ПРАКТИЧЕСКОЕ ПРОШЛОЕ
Редактор А. Олейников
Дизайнер серии Д. Черногаев
Корректор Н. Бочкарева
Верстка Д. Макаровский
Адрес издательства:
123104, Москва, Тверской бульвар, 13, стр. 1
тел./факс: (495) 229-91-03
e-mail: real@nlobooks.ru
сайт: nlobooks.ru
