— Ты зря недооцениваешь наших теоретиков, но не мне тебя учить, — заметил на это Чарльз. И поднялся: — Будут вопросы, присылай призрака.
Снова оказаться в МАН, да вообще в столице оказалось непривычно.
— Обескураживает? — понимающе усмехнулся Дирк, заметив реакцию первокурсников. — Это всегда так, когда подольше вне этого побудешь. Со временем слабеет, конечно, но всё равно каждый раз удивляет. Особенно, когда прибываешь не в академию, а через городской портал.
Разгрузились быстро. Гораздо дольше таскали вещи с крыши корпуса спиритистов в главный, а потом перетаскивали общие вещи в одну из рекреаций, около которой располагался склад. Как раз к появлению ир Вильоса с Теслой управились. Девушка сразу же включилась в приём оборудования, а проректор подозвал декана прикладников и, быстро переговорив, снова куда-то исчез. Напоследок сообщив, что будет ждать всех завтра с утра в сто сорок шестой аудитории.
С личными вещами тоже в одну ходку не уложились, пришлось делать две: вроде бы помещавшиеся в одном рюкзаке вещи из него как-то внезапно выросли и теперь были запиханы в спальники, которые в свою очередь были запиханы в коврики. В итоге в комнату Иль ввалилась злая, усталая и неистово мечтающая о душе.
Лия, пискнув, натянула одеяло. Её кавалер залился краской, но креативности не растерял — закрылся иллюзией. Кривой правда, и изображающей штору, но это уже детали. Ник, помогавший подруге с вещами, хмыкнул и, пока явно закипающая девушка не испортила в пух и прах отношений с соседкой, вывел её из комнаты, бросив:
— Мы погуляем минут десять. И, Рон, вы б, хоть запирались, что ли!
Гулять Иль уже не хотела, так что просто прошла в конец коридора и взгромоздилась на подоконник. Приличных слов у неё не было, поэтому озвучены были неприличные.
— Это ж общага. Тут и не такое бывает, — присаживаясь рядом, заметил уже почти четверокурсник.
— Я понимаю. Но почему в
Ник пожал плечами. Не объяснять же, что в данном случае так проще: Рону с соседом ещё договориться нужно, а тут удобно, соседка на практике, комната в полном их распоряжении.
— Ты не говорила ей когда вернешься?
— Говорила. Видимо розовый туман затмил. Не удивлюсь, если не только мой приезд. Вот вылетит из-за несданной практики, будет знать.
Парень ничего не стал говорить. Просто сел и обнял за плечи. Так они и сидели. Оба потные, пропыленные из-за поднимаемых горгульями столбов пыли и песка, отчаянно мечтающие о душевой.
— Ты иди, — спохватилась через некоторое время Иль. — Тебе-то ведь ждать особенно нечего.
— Посижу лучше. Вдруг с первого раза они не поняли?
Но по крайней мере дважды повторять соседке не требовалось. Вскоре она на пару с кавалером выпорхнула за дверь и убежала куда-то в сторону лестницы.
— Ну что пошли?
— Ага, — тем не менее не тронулся с места некромант.
— Ник, я в душ хочу. Ты, уверена тоже.
— Ага, — согласился парень.
— Ниик?
— Ладно. Ты права. Давай приведём себя в порядок, — третьекурсник соскочил с подоконника. — Зайду за тобой перед ужином?
— Давай.
Стоять под душем, когда никто не торопит (задержка сыграла Иль на руку и аншлаг в душевой, вызванный возвращением сразу двух групп, сошёл на нет), оказалось настоящим блаженством. Как и надеть чистую домашнюю одежду, упасть на настоящую кровать, зарыться носом в ещё пахнущую очищающим зельем ткань постельного белья.
Первым делом по возвращению в столицу Малькольм ир Ледэ связался с коллегами, чтобы выяснить степень срочности отчёта. А, уяснив, что тот как обычно требовалось сдать ещё вчера, перехватил как раз добравшегося до академии — всё же практически пустой дилижанс двигается куда быстрее заполненного — приятеля. Его обещание Ридаре он помнил и тоже принял к сведению. Получив вожделенный образец, пространственница предложила перенести в альма-матер, и менталист не стал отказываться. Тем более что образец был один, а времени уже не было. Проще было сразу сесть вместе и написать свои отчёты, чем делить одну несчастную бумажку. В итоге домой Малькольм добрался уже только к ночи. Но и там его поджидал сюрприз.
Пространственница перенесла его к МАН, так что пришлось прогуляться, но магистр после нескольких часов в душной аудитории (за годы посещений альма-матер менталкой он и забыл, что так бывает) был только рад прогуляться. Тем более стояло тепло и было достаточно светло: в Тиле летом темнело поздно. Пусть не белые ночи, но закат ещё догорал, хотя время уже приближалось к одиннадцати.
Дверь дома открылась даже прежде, чем он нажал на кнопку звонка: в семейной жизни с другим менталистом были свои плюсы.
И Оливия, и Жени поджидали прямо за дверью.
— Папа! — пятилетняя магиня повисла на шее отца. — Я так скучала!
— Ну-ну, ты же всего-то пару дней меня не видела.
— Это было не то! — надулась девочка.
— Какая-то ты у меня горячая… — он чуть отодвинул дочь. Заметил зелёнку сначала на одном плече, а потом и на другом и уточнил: — И пятнистая. — Поднял взгляд на супругу: — Ветрянка?
