Практика частных явлений полностью

Третий: Он был, был тогда! Правда не купался, а сидел на берегу. Кстати, я не так давно его видел, он занимается бизнесом с шашлычными. (восторженно) Надо же, я и это вспомнил! Если и дальше так будет, то…

Третий: Купанье начинает обрастать массой подробностей.

Второй: Дождь с утра до вечера. Очень.

Первый: Ты вот говорил, что мы ели. Где? Что? Не привезли же мы еду с собой? Стало быть, пошли на вокзал.

Третий: Какой вокзал? Там не было вокзала! Пустая платформа, касса уже закрылась.

Первый: Хорошо, касса закрылась. Где же мы по-твоему…

Третий: (сосредотачивается) Сейчас… сейчас…

Второй: Да нет. Просто тело руки. Здесь-то нельзя. Здесь — никак. Хоть тресни. Причём тут недоверие? Причём тут вообще что-ибо из человеческого обихода?

Третий: Сейчас… Искупавшись… Ис-ку-пав-шись мы пошли по пе-ше-хо-дной до-рож-ке вдоль шос-се… Искупавшись, мы пошли по пешеходной дорожке вдоль шоссе… Вдоль шоссе.

Первый: Вдоль шоссе.

Третий: Вдоль шоссе… и… Вспомнил! Вспомнил! Километра через полтора мы увидели дом, в окнах горел свет. Мы подошли и увидели накрытый стол, буквально заваленный всякой снедью. Молодая женщина — лет, примерно, на пять старше нас — убирала со стола. Тут-то и пригодился Гертенгрюнд с его феноменальной наглостью! Он влез на подоконник и стал что-то плести: про бедных странников, изголодавшихся в пути, — битничество, — идеалы хиппи! И тогда хозяйка — в ней было что-то лунное, неисчерпаемое, неуловимое…

Первый: Дарк сайд!

Третий: В тоже время она была очень естественная, приветливо-сдержанная…

Первый: (кричит) Что мы ели?

Третий: Она угостила нас бутербродами, салатом, гречневой кашей. Чай. Прохвост Бартенголью начал уже было подклеиваться к ней…

Первый: (потрясённо) Б… Бартенголью!

Третий: Бартенгольц! Римермахер? Он клеил её, обещал провести куда-то, что-то сулил, как бы невзначай прикасался к её тонким рукам, шаловливо позвякивал браслетами — мы с трудом увели его!

Первый: (фальшивый пафос) Он захотел Луну! Негодяй!

Третий: Она наверняка была не одна. На стуле висели мужской пиджак и галстук. (наплыв, транс) Камзол. Кафтан. Латы. Набедренная повязка. Мундир. Скафандр. Шлем.

Первый: Ты — Луна. И я — Луна. Мы — Луны.

Третий: (то же состояние) Рапиры. Фрисби. Нунчаки.

Первый: Тпру… Тпру…

Третий: Малознакомый запах чужой плоти. Ничего лишнего.

Первый: От кого там пахнет? Дезодорант подмышку два раза в день после еды. Квантум Сатис. Сигна.

Третий: Кто, кто знал, что там в глубине — дьявол?

Первый: Где же мы? На берегу залива или в лаборатории Фауста?

Второй: Причём тут сто рублей? Независимость? Просто противно. Ялта.

Пауза.

Третий: (приходит в себя) Да… Залив… Ночь.

Первый: (нетерпеливо) Да, залив. Да, ночь. Немец… ладно, чёрт с ним. Поели у Луны гречневой каши. Что потом? Куда мы пошли?

Третий: Ты разве не помнишь?

Первый: (устал) Как будто, уже не очень.

Третий: Э… неподалеку кто-то из знакомых жил. Кто?

Первый: Кто?

Третий: (растерялся совсем) Кто?

Первый: Неважно. Главное, есть где ночевать! Почему же мы сразу не пошли к знакомым? Зачем мы нищенствовали, побирались, клянчили у Луны крошки звёздной пыли?

Третий: Как плавно и сосредоточенно ставила она на стол тарелки с гречневой кашей! Каши было ровно столько, сколько нужно — не много и не мало. Сдержанная, глубокая доброжелательность! Никакой вычурности!

Первый: Тётя Нина, не уходите! Дядя Петя, не спешите!

Третий: (просветление) Там неподалеку жил Василий! Такой высокий, рыжеватый!

Первый: Чёрт возьми! Ещё и он здесь!

Третий: Василий!

Первый: Не хочу я к нему! Поехали в город, стопом!

Третий: Нет! Мы пошли к Василию! Он перевёз на дачу аппарат и репетировал там круглые сутки. Ты не можешь не помнить его! Он некоторое время был сессионным басистом в «Санкт-Петербурге»!

Первый: А, пожалуй… Только не в «Санкте», а в «Аргонавтах». Да, неплохой басист. Но меня удивляешь ты! Я не жалуюсь на память, однако некоторые моменты… ночной чай, каша с Луной, да и немец всё же очень сомнителен…

Третий: Бранденголлер! Гуттеншмидт!

Первый: Не было там никакого Шиллерголлера!

Третий: Был! Был! Был!

Пауза.

Второй: Совершенно случайно нашли тот подъезд. Конверты кончились? Ну, просто есть две стены. Решили познакомить. Всего одно.

Первый: (скептически) Стоит ли так идеализировать прошлое? Романтические ночные пейзажи, комары, мухи, ароматные запахи юных женских тел — но ведь было и другое!

Третий: Что же ещё? Напомни, я с удовольствием постараюсь вспомнить всё что угодно!

Первый: Мало ли… купались и купались себе. А вот немца — не было! Точно не было!

Третий: Он не немец! Фамилия такая у него!

Первый: Не было! Не было!