Там же. «Жилище» Первоговыглядит крайне плачевно; навес сломан, от него осталось лишь несколько досок; боковые стенки покосились, лампа разбита; таз и прочее имущество разбросано по сцене; хаос, грязь, запустение. У Второготоже плохи дела; мешок разорван, на его месте беспорядочная куча хлама. Второйваляется тут же, спит, иногда вскрикивает, воет во сне. Возле него — пустые бутылки. Первый— на своём месте, похоже, он сильно пьян. На протяжении последующей сцены он будет находиться в состоянии прострации, его реакции, поведение мало адекватны происходящему. То громче, то тише шуршит метла. Где-то пиликает губная гармошка. Иногда слышны гитарные переборы, фрагментарные каденции баса, брейки ударных, пульсация перкуссии, всплески афро-бита, внезапные «индустриальные» акценты, разнообразные блоки конкретной музыки. Иногда — конденсируется многоголосый гул настраивающегося симфонического оркестра. Свет — по возможности психоделический, с широким спектром ирреальных оттенков.
Первый(вяло, с тоской). Элен… Где ты… где ты, шляешься, Элен? Я — застрял, Элен! Элен… (Невнятное бормотание.)
Вскоре появляется Старая женщина. Она идёт очень медленно, что-то бормочет. Сначала её бормотание и бормотание Первого сливаются.
Старая женщина. Иду. Иду. Иду. По площади, по улице, по городу. Иду. По воде, по земле, по небу. Иду. Я знаю, куда я иду и куда я не иду. Ты знаешь, чего ты хочешь и чего ты не хочешь. Так любила говорить моя бабушка, так говорила она. Иду. Я хочу ничего. Хочешь ничего не хотеть? Или не хочешь. Вечная игра — слова против предметов. Предметы против понятий. Тысячи предметов. Миллионы понятий. Миллиарды слов. Кто их видел? Никто. Но они есть, слова. Иду. Иду. Мимо слов, сквозь слова, мимо всего, сквозь всё. Не упади, целуя меня. Ещё один кирпич. Всё равно я иду. (Старая женщина недалеко от Первого, но ближе к авансцене.) И слова — идут. Дождб, солб, молб. (Пауза.) Неисправная клавиша у пишущей машинки, буква «б» вместо мягкого знака. (Пауза.) Так никто и не отнес её в ремонт. (Смех.) Голб, болб, солб. Молб. Это тоже слова. Я знаю, когда я печатала и когда я не печатала. (Пауза.) Через площадь и за угол. Мимо жёлтого трупа театра. Будто. Дудто. (Садится на сломанный ящик.) Куда я иду? Кто-то ждёт меня? (Долгая пауза. Потом корчит гримасу, кокетливо.) Гудто. Зудто. (Говорит быстро.) Сто лет подряд по одной и той же ёбаной улице, сто лет подряд по одной из красивейших улиц мира, будь она проклята. Иду. Иду. Мне надо купить кефира и молока, хлеба и булки. Старые дома не узнают меня, а ведь когда-то мы были знакомы. Не беспокойся, будь счастлив! Вы, господа, буквально раздевали меня своими взглядами! Болб! (Говорит в прежнем, медленном темпе.) Что-то для кота. Он ждёт еды. Он вечно хочет жрать. Он весь в еде. Всё про еду, всё для еды, только о еде. Зудто. Если я не принесу ему еды, он сожрёт меня. А потом снова будет ждать, когда я принесу ему еды.
Второйвоет во сне, вскакивает и тут же падает.
Старая женщинабрезгливо косится на него.
