Новый авторский метод, который поможет создать прочные отношения и восстановить утраченную близость.Отношения — то, от чего зависит наше ощущение счастья и благополучия. Мы прекрасно понимаем, насколько важны отношения, и многие готовы работать над ними, но, несмотря на большое количество методов парной терапии и книг по самопомощи, уровень разводов остается на уровне 50 %, а число пар, где партнеры сообщают о меньшей удовлетворенности своими отношениями, растет. В чем же причина?Лицензированный терапевт по вопросам семьи и брака Лэйр Торрент обнаружил, что до сих пор нет универсальной методики, с помощью которой пары могли бы самостоятельно справляться с возникающими трудностями (за пределами кабинета семейного терапевта), но при этом достаточно глубокой и эффективной, которая бы действительно помогла партнерам преодолеть сложные проблемы.Лэйр предлагает именно такой метод. Он объединяет основы западной психологии с глубокой внутренней работой, уходящей корнями в практики осознанности и буддизм, в «Пять практик связи». Автор учит партнеров определять, какие части их «я» проявляются в те моменты, когда отношения подвергаются испытаниям, и как развивать свои лучшие «я», чтобы формировать связи, необходимые для устойчивого и счастливого партнерства.Для кого эта книгаДля пар, которые не удовлетворены своими отношениями, имеют трудности и проблемы.Для пар, которые стремятся к устойчивому и счастливому партнерству.На русском языке публикуется впервые.
Lair Torrent
The Practice of Love: Break Old Patterns, Rebuild Trust, and Create a Connection That Lasts
Rowman & Littlefield
Lanham ○ Boulder ○ New York ○ London
First published in English as The Practice
Copyright © 2022 by Lair Torrent
Published by permission of the author and his literary agents, Nordlyset Literary Agency, LLC (USA) via Alexander Korzhenevski Agency (Russia)
© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2022
От стимула до реакции на него проходит время, за которое мы выбираем, как реагировать. В этом временно́м промежутке заключены возможности личностного роста и свобода.
«Этой фигней можно заниматься дома, бесплатно, сидя на диване», — так я и сказал, дословно. Обошелся без психологической болтологии и лишних церемоний.
Шла третья сессия с Томом и Никой. Обычно первые несколько встреч я посвящаю знакомству с парой, рассказываю о подходящих для конкретного случая психологических методах и наблюдаю.
Парную терапию я сравнил бы с трехмерными шахматами из сериала «Звездный путь». Для тех, кто не смотрел, поясню, что в этой игре вместо одной доски — три, расположенные на разных уровнях. Начав работать с парами, я вскоре понял, как в этом направлении все неоднозначно. Как психолог, я должен отслеживать многоуровневую динамику. Люди приходят с некоей проблемой, которая чаще всего лишь симптом, верхушка айсберга. У каждого в паре отдельное прошлое и личные трагедии, а мне еще надо учитывать последствия терапевтического вмешательства и проекции, свои и клиентов.
Мне нравится парная терапия и потому, что здесь уместны более конкретные указания, чем в индивидуальной.
В индивидуальной терапии предпочтительнее подталкивать клиента к самостоятельным выводам, которые при положительном исходе приведут его к инсайтам. С парами же почти сразу приходится рисковать. Периодически я выхожу из-за психологических кулис и объявляю свое честное мнение. Чаще всего я делаю это, когда оба не могут прекратить конфликт и ранят друг друга. Сегодня утром, глядя на Тома и Нику, я не мог не остановить кровопролитие.
— Да ладно, Том, тебе трудно, что ли, было чертову сумку собрать? — злилась Ника. Она повернулась ко мне: — Это что, так трудно? Бедная девочка ушла в поход, считай, без ничего. Один раз попросила его сделать что-то важное, называется!
— Я. Думал. Что все. Упаковал. Подумаешь, забыл, — затряс головой Том. — А ты никогда ничего не забываешь? — Повернувшись ко мне, он продолжил: — Вот кто у нас никогда не ошибается. Идеал собственной персоной. Полюбуйтесь. — Глядя на Нику: — За твои обязанности я тоже теперь отвечаю?
— Мои обязанности? Мои обязанности?! — Ника подскочила как ужаленная. — Это и твой ребенок тоже вообще-то.
— Не волнуйся, я все понял. Я по восемь часов в день горбачусь, и дома меня вот что, значит, ждет. Ведешь себя как дура.
Ника с трудом сдерживала гнев.
— Это я дура?
— Нет, не дура, я сказал, что ведешь себя как дура.
— А ты ведешь себя как идиот.
То ли у них истощились оскорбления, то ли они наконец заметили мое молчание. Я смотрел на них, подняв брови с немым вопросом: «Вы уже закончили?»
Ника заговорила первой:
— Ну что? Скажете что-нибудь?
— Да, вы же должны как-то это прокомментировать? Мы хотим знать, что вы думаете, — поддержал Том.
И вот тогда я ответил:
— Этой фигней можно заниматься дома, бесплатно, сидя на диване. Откровенно говоря, я думаю, вы оба могли бы вести себя прилично. Что с вами? Почему вы так ведете себя друг с другом?
Прямой ответ на прямой вопрос.
Я дал им время переварить мои слова и спросил:
— Что дети чувствуют, когда вы так ругаетесь?
Они понимающе посмотрели друг на друга.
— Давайте попробуем как-нибудь иначе? Со стороны кажется, что у вас все плохо. — Я наклонился чуть вперед. — Вот что, ребята, если ничего не делать, дальше будет хуже. Дело не обязательно дойдет до развода, но это, возможно, было бы еще не самое худшее, потому что такая жизнь никому не в радость.
У обоих челюсти отвисли. Потом губы Ники начали кривиться в улыбке. Она посмотрела на Тома:
— Ого, Тони нам ничего подобного не говорила.
— И, видимо, зря, — ответил я.
Тони была их психологом. Она нравилась обоим и очень им помогла. Я полностью разделяю их мнение: на том этапе ее подход был наилучшим. Она вела себя дружелюбно и по-матерински понимающе. Но им больше не нужна была мамочка, пора было научиться держать себя в руках и очертить границы приемлемого поведения. Я помог Тому и Нике изменить культуру отношений.
